Она тряхнула головой, капюшон слетел, каштановые волосы рассыпались по плечам. Ее плащ был сколот в шее медной пряжкой в виде спаривающихся стрекоз. Кромис глядел на нее и не мог избавиться от ужасного предчувствия.

Возле пульта управления, раскинувшись в путанице серебряных штанг, сражался с обвязкой своего экзоскелета Гробец-карлик. Его уродливая рожица перекосилась от ужаса.

— Эй, кто-нибудь! — голосил он. — Помогите мне выбраться, чтоб вам пусто было!

— Возможно, будет немного качать, когда мы наберем высоту, — сообщил пилот. — Ох… вот так. Все держатся?.. — он щелкнул каким-то рычагом, и лодка начало быстро подниматься.

Кромиса, который как раз направился на выручку карлику, швырнуло на палубу. Он выронил меч и ударился головой о пульт управления энергопушкой. Теряя сознание, он посмотрел на женщину в пурпурном плаще и узнал ее. Это была сама Метвет Ниан, Младшая королева.

«Мы все безумны, — подумал он. — Кэнна Мойдарт заразила безумием всех и вся».

7

Вскоре после того, как Кромис пришел в себя, лодку таранили.

Отважный юный курьер вел судно по грозному небу. тегиус-Кромис мрачно вцепился в поручни. Он чувствовал себя так, словно случайно оказался в черепе голубя-вертуна. Граница между землей и воздухом стерлась, перед глазами кружилась серо-коричневая мандала, на фоне которой то и дело возникали смертоносные очертания лодок противника. Он знал, что Гробец наконец-то выбрался из объятий своей «железной женушки». Гриф и королева прижались к задней переборке командного мостика.

Какой смысл беспокоиться, если не можешь ничего изменить? Однако кое-что еще занимало его мысли. Зачем Метвет Ниан прилетела сюда?..

Внезапно иллюминаторы потемнели. Лодку дико затрясло, потом раздался звон, словно разбился хрустальный бокал, и нос разлетелся вдребезги. Прозрачные черепки звонко щелкали в темноте, ударяясь обо что-то твердое. В пяти футах от пилотского кресла — лишь непостижимый каприз случая спас панель управления, — зияла огромная брешь. Несколько секунд через нее можно было наблюдать, как кувыркается полуразрушенная лодка, которая нанесла удар.

Ледяной ветер с воем ворвался внутрь.

— Ох… — выдохнул юноша. Острый двенадцатидюймовый обломок хрусталя расколол его череп. В эту дыру можно было без особого труда вставить три пальца… если бы кто-нибудь на такое осмелился. Пилот покачнулся.

— У нас еще есть энергия… — пробормотал он, словно стеснялся своего состояния. — Если кто-то умеет управлять этой… Простите, моя госпожа… Кажется, я не…

И он сполз на палубу.

Гробец-карлик на четвереньках прополз по палубе и занял его место. Энергоорудие дало лишь один залп — его тоже снесло.

— Видел бы меня сейчас Бенедикт Посеманли, — пробормотал коротышка и развернул лодку по широкой петле над полем битвы.

Он бранил непокорное судно, уговаривал его, нахваливал, но лодка летела над Пустошью и неуклонно теряла высоту. Прямо под облаками единственная лодка Королевской эскадры вела неравный бой с двумя лодками северян.

— Смотри-ка, — произнес Гробец, указывая вниз, где спасались бегством остатки войска Уотербека. — Что ты об этом думаешь?

Долина, заваленная телами, напоминала зияющую рану, где, словно мухи, копошились северяне. Над разбитыми лодками поднимался густой белый дым, окутывая темные силуэты Гетейт Чемозит — те, как ни в чем не бывало, продолжали отвратительную работу, которую можно было назвать только надругательством над мертвыми. А вокруг поля боя Пустошь кишела рептилиями. Сотни шершавых созданий, одного цвета с пылью, неторопливо сползались с юга, востока и запада. В их движениях было что-то странное и неестественное.

— Наверно, там собрались ящерицы со всей Великой Бурой пустоши. Что они делают?

— Похоже, наблюдают, — ответил Кромис. — Больше ничего в голову не приходит.

И действительно, на хребтах, обрамляющих долину, уже не осталось свободного места. Уродливые головы, словно высеченные из камня, были неподвижны. Может быть, ящерицы действительно разглядывали эту жуткую картину? Их лапы застыли, словно у зрителей некоего отвратительного религиозного ритуала.

— Мы их очаровали, — с горечью произнес Биркин Гриф. Лодка больше не качалась, и он смог встать. Из раны на ноге все еще текла кровь. — Они поражены нашей склонностью к самоуничтожению.

И он натянуто рассмеялся.

— Гробец, сколько эта посудина еще протянет?

Судно плыло в воздухе, точно птица по тихой реке. Внизу раскинулась Пустошь, наводненная рептилиями, которых становилось все больше.

— В Дуириниш, — откликнулся карлик. — Или в Дранмор. До Вирикониума нам не добраться, даже если бы Посеманли отложил полет на Луну и сел вместо меня в это кресло.

Метвет Ниан опустилась на колени возле мертвого курьера и закрыла ему глаза. Ее капюшон был отброшен назад, волосы цвета осенней рябины водопадом стекали на лицо. Кромис оторвался от ящериц, которые продолжали наблюдать за полем боя, и посмотрел на нее. Прежние опасения снова ожили.