Читаем Виновен полностью

Хиросава производил впечатление большого, спокойного человека, и Фукасэ всегда полагал, что окружающие считали его добродушным, нерасторопным, медлительным. Разве он не был, как и Фукасэ, равнодушен к спортивным достижениям? Разве не сидел с угрюмым видом на университетских соревнованиях? Вот тебе и на…

– Ничего себе… Если он был такой активный, то, наверное, пользовался популярностью в школе? – спросил Фукасэ, вглядываясь в лицо Мацунаги, беспокоясь о том, не проявляется ли в этих словах его комплекс неполноценности. Но в глазах Мацунаги отражались только воспоминания о Хиросаве и самом себе.

– Я же сказал, у нас был популярен только футбол. Все спортивно развитые мальчики пошли туда, поэтому и на префектуральном чемпионате они доходили почти до финала, а девочки в нашем классе даже фан-клуб создали. Бейсбол же остался за кадром.

Вот как, думал Фукасэ. Вспоминая свою младшую школу, прикинул, что в самом деле у них в классе на лидирующих позициях также были мальчики из футбольного кружка.

– Поэтому в средней школе я тоже пошел на футбол.

– А Хиросава тоже?

– Нет, он остался в бейсболе.

Точно. То, что Хиросава был в бейсбольной секции в средней школе, Фукасэ слышал от него самого в доме в Мадараока.

– А почему ты не позвал его в футбол?

– Так в средней школе все уже сами решают, что хотят делать. Я же не буду говорить, мол, хочу стать популярным, пойдем в футбол…

Так Мацунага постепенно отдалился от Хиросавы, и в старших классах они тоже пошли разными дорогами. Мацунага, так ни разу и не попав в основной состав, вернулся к бейсболу, а Хиросава перешел на волейбол, и они не пересекались ни на тренировках, ни на соревнованиях.

– Но, когда случайно сталкивались, мы болтали о том, о сем… В последний раз я говорил с ним летом за год до аварии. Спросил, хорошо ли он живет; он ответил, что и здесь ему жилось неплохо и что он собирается на ночную игру.

– Ночную игру? По бейсболу?

– Ну а какую еще? – Мацунага встал, сложил руки в рупор и прокричал детям: «Все, перерыв десять минут!» Фукасэ принял это как знак того, что пора сворачиваться, и закрыл тетрадь.

– Спасибо. Я не знал, что Хиросава был звездой бейсбола; хорошо, что ты рассказал.

– Вот что. – Мацунага смущенно почесал голову, и, как будто что-то вспомнив, достал из кармана мобильный телефон. – Я спрошу у одноклассников Ёсики, не смогут ли они с тобой поговорить.

– Правда? Хорошо бы завтра в течение дня…

– В течение дня? Ну, давай я попрошу тех, кто сможет, собраться завтра.

– Ой, я бы… – Фукасэ не успел договорить, как Мацунага начал писать сообщение. Он хотел сказать, что лучше встречаться один на один, чтобы выяснить не только общие сведения, но и задать вопросы о тех случаях, когда каждый из них смог узнать Хиросаву поближе.

– Все разъехались, поэтому будет хорошо, если человека три смогут. Фукасэ, ты у Ёсики остановился?

– Нет, в бизнес-отеле «Нагиса» около станции.

– Ясно. Тогда давай я сообщу тебе по телефону или на почту.

Фукасэ не очень хотелось давать свои контакты, но, наверное, так будет проще… Он достал мобильник из сумки.

– И все-таки… – произнес Мацунага, глядя на экран телефона и набирая текст. – Когда вспоминаешь Ёсики, не верится, что такой человек, как он, мог ошибиться в управлении машиной.

* * *

Фукасэ снова поднимался в гору к дому Хиросавы. Он был приглашен на ужин.

В спину ему палило заходящее солнце, и рубашка-поло была вся мокрая от пота. Неприятное ощущение… Вдруг ему вспомнились слова Мацунаги, сказанные напоследок. Значит, некоторые друзья Хиросавы не верят, что причина аварии заключалась в неопытности Ёсики как водителя, хотя они прекрасно знают, что он получил права менее чем за полгода до трагедии… Такая мысль приходит в голову даже Мацунаге, который, будучи другом детства, не общался близко с Хиросавой со средней школы. Наверняка есть и еще люди, испытывающие похожие сомнения…

В качестве благодарности, в том числе и за телефонный номер Мацунаги, Фукасэ зашел в бар и купил вина для отца Хиросавы. Правда, дарить ему алкоголь казалось ему несколько неуместным, хотя тот и не знал всей правды.

Может быть, для Фукасэ это будет нелегко, но надо бы купить для семьи Хиросавы кофе из «Кловер кофе». Тогда он смог бы приготовить его им… Тогда они, наверное, обрадовались бы, вспомнили бы, что их сын рассказывал об этом кофе…

Показался дом Хиросавы. Фукасэ был здесь второй раз за день, и расстояние уже не казалось ему таким большим. Деревянный двухэтажный японский дом. Просторный сад; наверное, здесь Хиросава отрабатывал удары и подачи. Фукасэ смог представить себе, как это было…

Он позвонил в дверь; вышла мать. Чувствовался запах чего-то жареного.

– Наверное, жарко? Заходи! – пригласила она его внутрь. Фукасэ разулся и передал матери вино.

– Не стоило беспокоиться; это ты специально для отца…

Жалко, что он не может сказать: «И я бы выпил вместе с ним». Остается только мяться на месте и неловко говорить: «Да нет, что вы…»