<p>Часть третья</p>

<p>Глава 24</p>

Матвей

Аля просыпается. Голова раскалывается, как скорлупки от фисташек, которые она вчера добавляла в салат. Виктор ушел еще ночью, решил не оставаться, потому что Аля сказала, что уже нет смысла делать вид, что они могут друг другу чем-то помочь. Виктор сказал, чтобы она позвонила, как вернется, предложил встретиться за кофе, хотел, чтобы Аля рассказала ему про Пинегу и, в конце концов, про себя. Впервые за время их отношений он спросил что-то о ней самой, но было уже поздно, не было уже никаких отношений.

Аля провожала его, молча стояла, пока он натягивал пальто, надевал начищенные ботинки. Прощаясь, они не прикоснулись друг к другу. Аля вернулась в постель, проверила телефон. Матвей не ответил. Еще несколько часов она дремала с беспокойной головой, ворочаясь, посматривала, как белый пепел снега кружится за окном. Северную долину заметало.

Она вспомнила, как начала жить здесь чуть больше двух лет назад. Студию нашла на Авито, боялась идти на просмотр одна, поэтому попросила Матвея сходить с ней, хотя на тот момент они уже расстались, но больше было некого просить. Але надо было куда-то съехать от Матвея – из квартиры, которую он взял в ипотеку, в паре станций от центра города. Аля не могла понять, откуда у Матвея желание брать ипотеку и деньги, чтобы ее выплачивать. Потом она узнала, что это все его отец. На просмотр Аля ехала с факультета, только начались первые лекции в аспирантуре. Август не спешил уходить, погода лишь репетировала осень. Хотя уже рыжели листья, а самые нетерпеливые из них падали на зеленую траву, было тепло и хорошо. Но Аля этого не замечала. Матвей ехал из дома, с юга города.

Они встретились у метро на Парнасе, потому что Аля плохо ориентировалась по картам. Матвей повел их искать нужный дом и подъезд, но это оказалось непросто – одинаковые дома не давали подсказок, только сильнее запутывали Алю с Матвеем, которым и так сложно было находиться рядом друг с другом. Они будто снова оказались в сосновом бору. Аля так подумала, но вслух не сказала.

Когда они наконец нашлись и поднялись на двадцать второй, квартиру уже осматривала молодая пара и мужчина постарше. Хозяин сидел за кухонным столом молча, с безразличным лицом, ему было все равно, кто снимет его квартиру. Аля стала осматриваться, совершенно не понимая, по каким критериям выбирать квартиру. Ее устраивала цена и вид из окна – значит можно брать. Но она по привычке ждала реакции Матвея, который открывал шкафы, проверял воду в ванной, считал розетки. Аля была рада его заботе и вниманию к квартире, но ее расстраивало, что он все-таки позволяет ей съезжать, не просит остаться.

– Подходит тебе? – спросил Матвей.

У Али перехватило дыхание, она замерла, вглядываясь в лицо Матвея, молча умоляя его разругать эту дыру в пух и прах, увести ее отсюда.

– Да. Вроде бы, – сказала она и тоже ради приличия пооткрывала какие-то шкафы, не зная, что в них искать.

– Есть кто готов сегодня внести оплату за месяц и залог? Залог равен оплате за месяц, – подал голос хозяин квартиры.

Аля заколебалась, у нее не было такой суммы, она думала, что заплатить надо либо за месяц, либо даже половину сейчас, а вторую половину потом.

– Да, у нас будет, – сказал Матвей.

Он так хотел избавиться от нее, что готов заплатить сам. Аля представила, если она сейчас снимет эту квартиру, то все, кто был в комнате, включая Матвея, уйдут, оставят ее здесь одну.

– У меня нет такой суммы, – прошептала она Матвею.

– Я заплачу, потом отдашь.

Аля кивнула, не зная, как еще отступить.

Мужчина постарше сказал, что ему квартира не интересна, а у молодой пары денег сейчас не было, попросили в среду перевести с зарплаты. Хозяин, кивнув на Алю с Матвеем, сказал, если они заплатят, то квартира их. Аля хотела поправить его, сказать «моя», но остановила себя. Незачем хозяину знать, что она будет жить тут одна.

Мужчина и молодая пара ушли. Матвей переводил хозяину деньги, пока Аля подписывала договор аренды. Потом хозяин тоже ушел.

– Поедешь сейчас ко мне за вещами? – спросил Матвей.

– Переночую здесь. Завтра приеду.