Читаем Верховье полностью

Они еще немного молча постояли. Матвей предложил помощь, Аля отказалась. Вместе они спустились вниз, Матвей направился к метро, Аля – в продуктовый. Она купила готовую еду и разогрела ее в микроволновке в своем новом доме. Потом легла прямо на пыльный диван, не разложив его. Постельного белья у нее не было, как и сменной одежды. На следующий день в том же самом она поехала к Матвею забирать вещи. Аля позвонила в дверь – никто не открывал. Она отперла своим ключом. Значит, он специально ушел, чтобы не видеть ее.

Аля стала паковать свои книги и одежду. Вещей набралось не так много, но самой не дотащить. Пришлось гуглить, как вообще люди переезжают. Оказывается, заказывают грузчиков и машину. Аля вызвала грузчиков, но они могли приехать только через два часа.

Тут ей пришло сообщение от Матвея: он предлагал ей взять с собой один комплект постельного белья и какую-то посуду, чтобы в первое время об этом не париться. Аля собрала пару тарелок, вилок, ножей, чашек и стаканов, одну разделочную доску для всего подряд, кастрюлю и старую сковороду, которой Матвей уже не пользовался. Этим всем и обходилась, пока не появился Виктор и не принес ей еще кое-какую утварь.

Аля заселилась, но уют никак не создавала. В первое время еще думала, что вернется к Матвею, ведь это она предложила ему расстаться. Но она была упрямая и не сдавала назад, за что себя проклинала, понимая, что эта тупая упертость досталась ей от Изы, а от Изы она ничего не хотела брать.

Потом остро встал вопрос денег, она начала работать копирайтером и еле-еле успевать по учебе. Все ждала, что Матвей проявит инициативу, извинится, попросит ее вернуться. Но он молчал. Однажды, в особенно тяжелый день в разгар сессии, Аля набрала Матвею сообщение:

Он ответил почти сразу:

Аля написала:

На этот раз Матвей взял паузу, ответил через несколько часов:

Она и правда не хотела, она разозлилась, закрылась от него и перестала разговаривать. Такое случалось и раньше, но впервые Аля поняла, что очередная игра в молчанку может перерасти в то, что Матвей уйдет от нее, и она ушла от него первая. Потому что впервые он не пытался развеять густой дым молчания между ними, впервые он тоже замолчал, наверное, очень от нее устал.

* * *

Аля окончательно просыпается, принимает душ и начинает собирать вещи в Архангельск. Телефон оживает, на экране появляется «Матвей».

Только не азиатская кухня, думает Аля, но соглашается встретиться в какой-то вьетнамской столовой, где, по словам Матвея, обычно мало народу.

Аля выгружает одежду из шкафа. Виктор прав, у нее много вещей, но она носит одно и то же, потому что покупает вещь, а потом решает, что она ей не идет. Для Матвея она хочет нарядиться. И пусть они встречаются во вьетнамской забегаловке, где даже не продают алкоголь, что вообще-то к лучшему, Аля роется в вещах, ищет что-нибудь с биркой, но натыкается на платье, в котором была на той самой выставке в галерее на Ваське, где они с Матвеем поссорились в последний раз.

Матвей тогда подался на конкурс, хотел отправить свою серию картин, но не показывал Але, над чем работает. Квартиру отец купил ему трехкомнатную, и помимо спальни и гостиной, в ней была мастерская, где Матвей рисовал. Когда Аля переехала в Питер, Матвей уже заселился, и все в квартире было обустроено. Красиво, чисто, всего хватало, только как-то бездушно. Аля попыталась пошутить, вспомнив их разговоры на пляже Пинеги:

– Я думала, мы будем жить в коммуналке.