Читаем Ведун Сар полностью

Маркиан, изгнанный своим отцом Антемием из Рима, сумел неплохо устроиться в Константинополе. Божественный Лев неожиданно для многих назначил этого в сущности никчемного человека комитом легионов, расквартированных в Константинополе. Возможно, в пользу Маркиана сыграло то обстоятельство, что он не был сторонником Зинона, к которому божественный Лев в последнее время испытывал недоверие. Комит Маркиан тяжело переживал гибель отца и громогласно поклялся отомстить убийцам. Сиятельная Верина воспользовалась сложившейся ситуацией и устами светлейшего Феофилакта намекнула Маркиану, что главным организатором заговора против божественного Антемия является исавриец Зинон, пожелавший прибрать к рукам не только Восточную, но и Западную часть некогда единой империи.

— Ты сказал ему, что на стороне Василиска выступит рекс остготов Тудор и дукс Фракии Арматий?

— Разумеется, сиятельная Верина, — склонился перед императрицей Феофилакт. — Но дело даже не в Маркиане, а в его братьях Прокопии и Ромуле. Прокопий спит и видит себя префектом Константинополя, а Ромул воображает, что способен водить за собой легионы.

— Обещай им все, — твердо произнесла императрица и взмахом руки выпроводила евнуха из спальни.

Многие полагали, что императрица Верина заключила сделку с дьяволом, ибо ее неувядающая красота по-прежнему продолжала привлекать мужчин. Даже божественный Лев порой давал слабину, добиваясь расположения своей жены. Но евнух Феофилакт, равнодушный к женской красоте, вынужден был констатировать, что сила Верины не только в ее прелестях, но и в чем-то другом, куда более существенном. Возможно, племянница Аспара действительно была колдуньей. Не исключено, что она сумела добиться расположения языческих богинь, но так или иначе, эта женщина без страха бросала вызов мужчинам и уже хотя бы в силу этого обстоятельства заслуживала всяческого уважения.

Увы, сыновья покойного Антемия не оправдали надежд, возлагаемых на них Вериной. Не говоря уже о Василиске, который никак не мог расправить крылья в своей Гераклее и продолжал там отсиживаться разжиревшим гусем. Остготы рекса Тудора, двинувшиеся к Константинополю, были вынуждены остановиться под Филиппополем в ожидании будущего императора. Дукс Фракии Арматий, родной племянник Василиска и Верины, все время сомневался, в какую сторону ему повернуть своего коня — то ли бросить легионы против остготов, то ли присоединиться к ним. И пока ненадежные союзники императрицы пребывали в раздумьях, божественный Лев успел сказать этому миру последнее прости. Смерть императора, к удивлению многих, не повлекла за собой никаких сколько-нибудь значительных событий. Императором был провозглашен внук умершего, Лев-младший, а сиятельный Зинон получил титул кесаря и право управлять империей, как ему заблагорассудится. А ведь этот человек не был ни ромеем, ни даже эллином.

— Ну и где теперь римская слава? — спросил у своих приунывших братьев комит Маркиан.