– Если я его когда-нибудь увижу – убью, – сказал Петро, и я каким-то шестым чувством поняла, что это не просто к слову сказано. – По правде говоря, я надеялся, что он уедет и Ольга его забудет. Очень уж он мне не нравился, а особенно его мамаша… Но когда он уехал, она стала ждать. На других парней вообще не смотрела, а все думала и страдала. Так прошло несколько месяцев. За это время моя сестра изменилась до неузнаваемости. Куда и девалось былое веселье – она стала мрачной и нелюдимой. Колдовством даже пыталась заниматься. И однажды… Я помню этот день. Она вышла из дома и направилась по дороге к лесу. Я-то думал, она на огороды пошла, но когда через полчаса пришел туда, ее там не было. А она вернулась вечером, палец тряпкой замотан, и ни с кем в тот день больше не разговаривала. После того и началось. Как вечер – сидит допоздна, все уже спать легли, а она все сидит, в окошко смотрит. А потом валяется в постели до обеда…

– Вот и с Никой то же самое!

– Я так и понял. Мы думали – она заболела, потому что вид у нее был…

– Да понятно какой, – вздохнула я.

– Так длилось около недели, и с каждым днем она худела и чахла. Только под вечер оживлялась, ее тогда охватывало какое-то сумасшедшее веселье. Доктор наш местный – его мама вызвала – ничего такого у нее не нашел, а посоветовал поехать в город на обследование и заодно показать психиатру. Но Ольга никуда ехать не пожелала, заявив, что у нее не болезнь и доктора не помогут. Вот тогда мама и обратилась к знахарке.

– К бабушке Федосье?

– К ней. Она-то нам и рассказала, что за гость является к Ольге. Огненный змей, извечный обитатель старых курганов. Он является к женщинам, которые вот так тоскуют по любимому, в облике того, о ком они грезят. И раз за разом понемногу выпивает их жизнь. Пока в конце концов не отнимет душу, и женщина умирает.

– Так было и с Ольгой? – поразилась я.

– Да. Когда мы позвали знахарку, было поздно, она уже ничего не могла поделать. Только и посоветовала, что запереть ее в комнате на ночь. Но мы в такое не слишком поверили, вот и решили проследить. И увидели то же, что и сейчас.

А уже на следующий раз родные закрыли Ольгу в комнате, наглухо заколотив ставни на окнах. Она металась, кричала, билась об дверь до самого утра… А когда утром дверь открыли, Ольга – страшная, растрепанная – выбежала из дома и, словно полоумная, бросилась бежать по той дороге, что вела к курганам.

– Я побежал за ней, но не мог догнать – она словно на крыльях летела. А когда все же добежал, то увидел – стоит моя сестра на кургане, а над ее головой, где-то в полуметре, светится яркая огненная точка. И вдруг Ольга закричала пронзительным голосом и упала замертво…

Он замолчал, я тоже ничего не ответила, пытаясь осмыслить услышанное.

– Так вот почему бабушка рассердилась, что мы туда пошли! – сказала я наконец. – Еще намекала так туманно, не могла прямо сказать!

– Ну… Такое прямо рассказывать – не каждый поверит, – хмуро ответил Петро. Наверное, он был прав – я сама бы скорее восприняла этот рассказ как очередную деревенскую байку. Если бы не увидела подтверждение своими глазами.

– Вот и имеем теперь результат, – вздохнула я. – А я-то думала, почему бабушка, узнав, что мы ходили к курганам, допытывалась, не страдаю ли я по кому-нибудь.

– А ты не страдаешь? – поднял глаза Петро.

– Нет, конечно! – воскликнула я. – Вот и, услышав отрицательный ответ, бабушка сразу успокоилась. А про Нику спросить не догадалась! Слушай, но я не понимаю – если ты знал, чем опасны эти курганы, почему повел нас туда?

– Потому что когда я советовал вам не ходить, вы не слушали, а если б не повел, то пошли бы сами. Разве не так?

– Ну…

– Вот именно. Мы пришли и быстренько ушли, и от этого никакой беды не случилось. Потому что Ника пришла с нами, она болтала и думала о делах житейских. А вот когда она на следующий день пришла одна, стояла там, погруженная в свои переживания и вспоминала того, кого потеряла… То и вызвала на свою голову. Впрочем, даже если бы она туда не пошла, то он и сам бы мог ее найти, раз она так тоскует.

– И откуда эта нечисть взялась? – я встала, прошлась и снова села, сил уже не было никаких. – Ты тут знаешь все местные байки и предания. Неужели с этим ничего нельзя поделать?!

– Не знаю, – он задумчиво смотрел перед собой, словно пытался что-то вспомнить. – Говорят, были когда-то люди, которые умели с таким справиться. Но сейчас… Вряд ли.

– Когда-то было их валом, а как понадобились, так и нет никого! – психанула я. – Зачем они тогда вообще нужны!

Петру нечем было меня утешить. Немного помолчав, он попрощался и ушел домой.

Глава 20

Снадобье бабки Федосьи

Устав после трудного дня, я отключилась, едва коснувшись головой подушки.

Что за странное дело! Как только я погрузилась в сон, как снова увидела нашу деревню сверху.