— Дюворн сломался и выдал своих сообщников, — доложил на следующий день Гарриман директору Расселу. — В заговоре участвовали с полдюжины дроскианцев. Мы должны были прийти к выводу, что вампиры-ниротане начали повсюду нападать на землян.

— И если бы вы не осуществили незаконное обследование ниротанина, мы по-прежнему ходили бы вокруг да около, — сказал Рассел. — Слышали бы вы, как генеральный секретарь Захари рассыпался в извинениях перед ниротанами.

— Я не мог поступить иначе, шеф. План Дюворна и его сообщников основывался на нашем незнании культуры и биологии ниротан. Должен сказать, они были близки к успеху. Как можно вести расследование, ничего не зная о подозреваемых?

Рассел кивнул.

— Придется сделать вам выговор, Нил. Это просто для протокола. Лодку дегтя сразу же подсластит бочка меда: вы получите повышение.

Захари, генеральному секретарю ООН, удалось умилостивить пострадавших в недавних инцидентах ниротан искренними извинениями. Ниротане, эти существа, похожие на гигантских летучих мышей, решили остаться на Земле. Дроскианцы, напротив, сочли за лучшее покинуть планету. Шестерых заговорщиков было решено предать дроскианскому суду, и все представители дроскианской расы немедленно вылетели с Земли домой.

Нил Гарриман получил повышение. Ниротане вновь свободно разгуливали по земным улицам. Пресса разнесла по всем уголкам Земли известие о том, что они были безобидными вегетарианцами. Но, несмотря на это, несмотря на все признания дроскианцев, лишь немногие из землян могли смотреть на огромных крылатых существ без легкой дрожи отвращения и воспоминаний о древних легендах веков суеверия, которые так поразительно ожили в дни Нашествия Вампиров 2104 года.

Дональд Уондри

ОГНЕННЫЕ ВАМПИРЫ

Перед вами рассказ о войне, ужасах, тирании и огненной смерти. Перед вами история, которая берет начало в холодных космических безднах и заканчивается на Земле. История всего человечества на протяжении двух десятилетий, но не только. Это также история одного отдельно взятого человека и одного демона с чудовищных просторов Вселенной. Впрочем, я забегаю вперед.

Я, Алин Марсдейл, достопочтенный историк Федерации Объединенных Наций, был облечен этой обязанностью в год Господа нашего 2341, чтобы хронологически документировать приход новой кометы. Но я не могу просто записывать факты, как сухую историю. Те события все еще стоят перед моим внутренним взором, и я с переживаю их с новой силой. Никто из ныне живущих не смог бы изложить их бесстрастно, и я тоже не могу, хоть и работаю с пыльными архивами и побуревшими от старости бумагами.

Лучше начать с начала… точнее, с тех крупиц, что нам известны. Я буду излагать события в том порядке, в каком они разворачивались перед нами, выжившими в катастрофе. Теперь, оглядываясь назад, мы умудрены знанием, купленным ценой самой дорогой жертвы на памяти человечества, и удивляемся, почему были такими слепцами, почему не сопоставили взаимосвязи. Но прошлого не вернуть, да и неизвестно, смогли бы мы что-нибудь изменить.

Ту злополучную комету открыл Норби… Густав Норби, светило в области космических форм жизни. В прежние дни над некоторыми его теориями посмеивались, но потом людям стало не до смеха. Именно он 7 июля 2321 года первым заметил комету. Именно он просчитал ее курс и во всеуслышание заявил, что еще никогда ни одно небесное тело не проходило так близко к Земле. Именно он предостерегал, что это может представлять опасность, что возникнет множество сопутствующих явлений, что само существование Земли окажется под угрозой. И именно он по праву первооткрывателя дал комете свое имя.

Когда комету Норби только заметили, ее отделяло от Солнечной системы около пяти световых лет. При своей расчетной скорости в пятьдесят тысяч миль в секунду, она достигла бы Земли примерно через восемнадцать лет. Вследствие этого общественное мнение легкомысленно отнеслось к грозным предсказаниям. Восемнадцать лет? Да ну, это так далеко! Волноваться не о чем.

Астрономы наблюдали далекую комету весь июль и начало августа. Отчетливо просматривалось округлое ядро и веерообразный хвост, что тянулся следом за ней на миллионы и миллионы миль. Если не считать феноменальной скорости, она представляла интерес разве что своим бледным красновато-голубоватым цветом.

Десятого августа, на подходе к звездной системе Альфа Центавра, комета загадочным образом исчезла, взбудоражив умы астрономов. Не осталось даже намека на нее. Пропала, испарилась, будто ее и не было. Публика насмешничала. Ученые озадаченно искали объяснение и не находили.

Четырнадцатого августа мир с ошеломлением узнал, что комета Норби появилась менее чем в миллиарде миль за Плутоном и движется к Солнцу на своей прежней скорости в пятьдесят тысяч миль в секунду. Через шестнадцать часов она должна пройти мимо Земли! Неужели за четыре дня она преодолела более четырех световых лет? «Невозможно!» — в один голос утверждали ученые мужи.