Читаем Узы крови полностью

— Извини, но мне сейчас нельзя носить маску, так что не пугайся, — с грустью в голосе проговорила она.

Ее облик изменился прямо на его глазах. Не то чтобы произошли глобальные изменения: лицо было то же, но другое — чужое, холодное, сильное. Она была бледной, а ее взгляд безразличным. Стоящую перед ним девушку Вадим не мог назвать Оленой. Слабая надежда, на то, что сестра, может быть, не изменилась, рухнула. Вадим остро ощутил одиночество, ему стало ясно — то, что произошло нельзя обратить назад.

Процессию возглавлял Ренат с Оленой. За ними следовали Регина и Вадим, с повязанным на шее зеленым платком. По мере шествования по улице, в процессию добавлялись новые участники. Они почтительно приветствовали Рената, кивали головой Олене и присоединялись к процессии. Вадим заметил, что они держат путь в направлении белого особняка на возвышенности.

Светило яркое солнце. Ренат остановил движение на небольшой поляне и громко произнес:

— Готово ли представление?

— Плата, заплатите ли вы нужную цену, — зловещий шепот звучал в самом мозгу.

— Да! — подвел итог Ренат.

На поляне возникли три фигуры в клоунской одежде.

— Так начнется представление, — возвестили они.

Дальнейшее для Вадима было шоком. Связанность происходящего не могла уложиться в голове. Все было как будто отрывками. Возникший туман после рассеивания открыл сцену и сидения. После того, как все разместились, началось представление. Мир терял очертания, как будто через окно проходили сцены. Он наблюдал, как герои рождаются, умирают, испытывают чувства, убивают. Когда шел дождь, Вадим его ощущал, когда светило яркое солнце — пот стекал по лбу. Остальные зрители перестали существовать — остался только Вадим. Во всем происходящем Вадим не мог уловить четкую грань — когда он просто зритель, а когда непосредственный участник событий.

История повествовала о древней легенде, когда любимая девушка местного барона была обманом убита, что привело к войне в королевстве, а одинокий барон превратился в жестокого зверя, которого не брало время. И вот, через века, барон встречает новое воплощение своей любимой. И после того, как он обретает потерянную любовь, смерть настигает их обоих.

История так завлекла Вадима, что он не заметил, когда представление завершилось.

Вадим был восхищен — все было великолепно, но на лицах других восторга не было заметно.

— Где наша плата? — прозвучал знакомый шепот.

— Выбирайте, — проговорил Ренат.

Повисла зловещая тишина, ни звука, ни шепота не было слышно. Вадим даже различал звук своего сердца: «тук, тук… тук, тук», — работало оно.

— Выбор нами сделан, — шепот выражал свое всемогущество.

Вокруг Регины образовалось фиолетовое сияние. Она вздрогнула и замерла без движения. Сияние вокруг нее стало сгущаться, обретая плотность. Похожую картину Вадим наблюдал при исчезновении Евгения.

— Нет!! — мощь возгласа потревожила всю окружающую обстановку.

— Нет! — твердо крикнул Ренат, — ее вы взять не можете, она из королевской семьи.

— Но это наш выбор, — шепот стал еще более зловещим.

— Я же сказал, что она из моей семьи, по правилам выбирать ее вы не можете.

— Ты осмеливаешься оспаривать на наш выбор?

— Да! — снова повисла тишина.

«Тук Тук, Тук — Тук, Тук — Тук», — бешено стучало сердце Вадима. Солнце опускалось за горизонт.

— Хорошо, вот наш новый выбор.

Фиолетовое сияние окутало другую девушку, и спустя некоторое время она исчезла.

— Возвращаемся, — скомандовал Ренат, и все двинулись назад, в деревню.

Молча зашли в дом. Вадим не мог больше анализировать ситуацию, у него не хватало информации. На постели неподвижно лежала Регина. Вадим обратился к Олене.

— Что с ней?

— Ее парализовали древние.

— Кто они?

— Это длинная история.

— Я никуда не тороплюсь.

— Это больная тема.

— Олена, я тебя очень прошу, расскажи мне, — умоляюще просил Вадим.

— Тебе расскажу я, — произнес Ренат. — Древние чужды нам, так же как и вам. Их раса уходит в далекую древность. В своем развитии они ушли от человека очень далеко. Из себя они представляют бестелесных существ, чистую энергию. Но такое состояние возможно только при дневном свете, ночью они уходят в коконы для сохранения своей энергии.

Благодаря своему состоянию они могут принимать любую форму. Они полностью неуязвимы для бессмертных, а вот бессмертные подвержены парализующему действию их энергии. И неизвестно, для какой причины древние охотятся на бессмертных. Но сейчас древние и бессмертные пришли к соглашению: никого не трогает. Но мир этот с каждым днем становится все более шатким. Сегодняшняя сцена — лишнее доказательство этому.

Бессмертные не раз посещали ночью места обитания древних, но обнаружить коконы им не удалось. Король бессмертных должен был решить, что делать с древними. Но справиться с ними бессмертные не в силах. Известно много историй, когда целые селения бессмертных были уничтожены древними. Судьбу сородичей может решить только время, которого у всех предостаточно.

Вадим поинтересовался странной ценой за представление.

— Ты помнишь, спрашивал, почему представления даются так редко? — спросил Вадима Ренат.

— Да, помню.

Перейти на страницу:

Все книги серии Повести

Похожие книги

Срок авансом
Срок авансом

В антологию вошли двадцать пять рассказов англоязычных авторов в переводах Ирины Гуровой.«Робот-зазнайка» и «Механическое эго»...«Битва» и «Нежданно-негаданно»...«Срок авансом»...Авторов этих рассказов знают все.«История с песчанкой». «По инстанциям». «Практичное изобретение». И многие, многие другие рассказы, авторов которых не помнит почти никто. А сами рассказы забыть невозможно!Что объединяет столь разные произведения?Все они известны отечественному читателю в переводах И. Гуровой - «живой легенды» для нескольких поколений знатоков и ценителей англоязычной научной фантастики!Перед вами - лучшие научно-фантастические рассказы в переводе И. Гуровой, впервые собранные в единый сборник!Рассказы, которые читали, читают - и будут читать!Описание:Переводы Ирины Гуровой.В оформлении использованы обложки М. Калинкина к книгам «Доктор Павлыш», «Агент КФ» и «Через тернии к звездам» из серии «Миры Кира Булычева».

Айзек Азимов , Джон Робинсон Пирс , Роберт Туми , Томас Шерред , Уильям Тенн

Фантастика / Научная Фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези