Читаем Узы крови полностью

— Ты участвовал во всем этом или, может быть, просто случайно проходил мимо? — бесчувственно спросил он его.

— Проходил мимо, — заикаясь, ответил парень — Ну, так проходи дальше.

Тот, не раздумывая, скрылся.

— Регина, скажи мне, пожалуйста, как все это могло произойти? — Вадиму казалось, что это вовсе не Ренат, а судья, вершащий правосудие.

— Он начал сам.

— Я же тебе велел разобраться в отношениях с Евгением, а ты играла им, как куклой и вот к чему это привело.

— Я не думала.

— Когда же ты повзрослеешь? — Ренат обнял сестру. — Успокойся, дорогая, все закончилось.

Его взгляд остановился на Вадиме.

— Ты меня удивил. Но скажу тебе спасибо! Этот молодой бессмертный в будущем мог причинить много неприятностей мне. Теперь я от него избавился.

От всего происходящего из сумбура в голове Вадиму удалось выдавить из себя лишь фразу:

— А что с ним?

— Я отправил его к древним. Там он получит все, что заслужил, ослушавшись моего приказа.

Регина вздрогнула, когда ее брат произнес слово «древние». Для Вадима это понятие еще не было знакомым, и он попросил объяснить его.

— Про них можно долго рассказывать. Скажу только, что они так же отличаются от нас, как бессмертные от людей. У тебя скоро будет возможность познакомиться с ними лично.

Разговор про древних не назовешь приятным, поэтому всему свое время. Не торопи события.

Ладно, мне пора, — попрощался Ренат и растворился в воздухе.

Регина подошла к Вадиму. Игривая девушка преобразилась в заботливую, серьезную женщину. Она оглядела Вадима и заметила расцарапанную щеку. Перемена в Регине заинтересовала Вадима, он посмотрел на девушку совсем по-другому. Она провела по ране пальцем и царапина засохла.

— С этим по деревне тебе ходить нельзя, — пояснила она. — Вадим, ты вел себя, как герой. Глупо, но благородно. Только впредь не вмешивайся, чтобы не происходило. Ты все равно вряд ли сможешь чем-либо помочь. Но спасибо тебе за помощь. Евгений мог взять меня на свой полный контроль. Спасибо, — девушка поцеловала Вадима в щеку.

Увиденная сцена поразила Вадима. Для себя он уже усвоил, что бессмертные отличны от людей, но увиденные возможности пошатнули его вере во всесильность человека: в сражении с бессмертными ему не одержать победу.

Больше никаких происшествий не приключилось. При возвращении домой их встретила Олена. Бросив взгляд на царапину, она спросила:

— У тебя все в порядке, Вадим?

— Великолепно, лучше и быть не может, — саркастически ответил тот.

— Вот и хорошо. Ты бы отдохнул. Мы завтра в театр идем на представление.

— В этой дыре есть еще и театр?

— Конечно! — Олена немного обиделась за нелестное сравнение.

— И какая труппа дает представление?

— Древние.

Другие вопросы Вадим решил не задавать. Его положение тяготило, одно только утешало — присутствие Олены. Но Вадим все острее чувствовал пропасть, которая их разделяет. Кроме сестры были еще друзья и знакомые — бессмертные представляли угрозу их безопасности, да и всему роду человека. Одним своим существованием они показывали человечеству другой путь развития, по которому могли пойти многие. Возможность бессмертия, могущество — эти идеи издавна привлекали людей. Ренат утверждает, что, захватив деревню, дальнейшее распространение бессмертных не привлекает. Но если их существование станет известно общественности, то возникнет два течения: одно будет стремиться уничтожить всех бессмертных, а другое — присоединиться к ним. И вопрос существует не в том, что одни едят вареное мясо, а другим нужна свежая кровь. Вопрос лежит в стремлении человека своими моральными принципами удалиться от простого животного.

Ценя моральные принципы, Вадиму было важно, какой из данных путей ведет человека обратно к животному состоянию, а какой к духовному просветлению. На этот вопрос у Вадима не было ответа. Время делать выбор наступит через три дня, и с этим ничего не поделаешь.

День пролетел незаметно. Приготовления начались еще днем. Вадим спросил, что важного в каком-то театральном представлении. Ренат ответил, что оно дается раз в год, за один день перед общим праздником. В необычности представления Вадиму скоро предстоит убедиться лично. Олена добавила, что память от представления остается с ними на протяжении всего года и только спектакль такого плана интересен бессмертным. Вадим спросил:

— Так почему бы не смотреть его чаще?

— Его дают древние.

— Ну и что? Это ведь им так же интересно, как и вам? Они могут делать это чаще?

— Да, но за представление надо платить.

— И что за плата? — спросил Вадим.

— Не хочу омрачать приготовления, так что закончим разговор, — подвел итог Ренат.

Спорить с ним у Вадима не было желания, и поэтому его любопытство осталось неудовлетворенным.

Ренат предупредил Вадима, что является королем бессмертных, поэтому требуется соблюдать строгий церемониал, поэтому Вадиму запрещается что-либо говорить и предпринимать, что вздумается. Вадим является просто зрителем и если произойдет что — нибудь не так, его жизнь окажется в прямой опасности.

Олена погладила Вадима по волосам:

Перейти на страницу:

Все книги серии Повести

Похожие книги

Срок авансом
Срок авансом

В антологию вошли двадцать пять рассказов англоязычных авторов в переводах Ирины Гуровой.«Робот-зазнайка» и «Механическое эго»...«Битва» и «Нежданно-негаданно»...«Срок авансом»...Авторов этих рассказов знают все.«История с песчанкой». «По инстанциям». «Практичное изобретение». И многие, многие другие рассказы, авторов которых не помнит почти никто. А сами рассказы забыть невозможно!Что объединяет столь разные произведения?Все они известны отечественному читателю в переводах И. Гуровой - «живой легенды» для нескольких поколений знатоков и ценителей англоязычной научной фантастики!Перед вами - лучшие научно-фантастические рассказы в переводе И. Гуровой, впервые собранные в единый сборник!Рассказы, которые читали, читают - и будут читать!Описание:Переводы Ирины Гуровой.В оформлении использованы обложки М. Калинкина к книгам «Доктор Павлыш», «Агент КФ» и «Через тернии к звездам» из серии «Миры Кира Булычева».

Айзек Азимов , Джон Робинсон Пирс , Роберт Туми , Томас Шерред , Уильям Тенн

Фантастика / Научная Фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези