Читаем Управляемые полностью

— Спасибо. Ты тоже весьма недурно выглядишь! — любезно хвалю её развратно-красное платье, демонстрирующее все её активы. Затем проскальзываю в свои босоножки на высоком каблуке, морщась от ощущений и, в то же время, ухмыляясь, когда вспоминаю последний раз, когда я в них была. — Дай мне секунду, и я буду готова.

Я хватаю клатч и бросаю в него права, деньги и ключи. Когда беру телефон, чтобы запихнуть его в эту маленькую сумочку, вспоминаю, что не спросила Хэдди о голосовых сообщениях от неё, которые я прослушала.

— Хэд? Я так и не узнала у тебя самое интересное о сегодняшней вечеринке. Какую знаменитость вам, ребята, удалось заполучить на свою презентацию?

Она посылает мне загадочную улыбку:

— Ох, у нас не получилось, — небрежно отмахивается она. Я стряхиваю с себя ощущение, что Хэд смеётся надо мной и не говорит всей правды. Она оборачивается, эффективно меняя тему. — Поехали!

***

Вход в клуб в центре города представляет собой впечатляющее зрелище — с перекрещивающимся светом прожекторов, бархатными ограждениями и красной ковровой дорожкой, готовой принимать звёзд под вспышки фотокамер пользующихся случаем представителей СМИ. У входа — большой баннер с изображением Merit Rum — нового продвигаемого продукта. Мы паркуемся на специально отведенном для Хэдди и её коллег по работе в PRX месте, принадлежащем модному, высококлассному отелю, к которому присоединён и клуб. Хэдди машет нашими пропусками, и через пару секунд мы уже внутри переполненного зала; монотонное биение ритмичной музыки пульсирует в моём теле.

Я несколько лет не бывала в подобных местах, и мне нужно время, чтобы привыкнуть к тусклому освещению и громкой музыке, и перестать чувствовать себя испуганно-напряжённо. Думаю, Хэдди понимает, что мои нервы как натянутые струны, а уверенность стремительно уменьшается, несмотря на сексуальный вид, поэтому она ведёт нас сквозь толпу к бару. Игнорируя многочисленные бутылки Merit, коими уставлена вся столешница, она заказывает нам по два шота текилы каждой.

— Один на удачу, — усмехается мне подруга.

— И один для храбрости, — заканчиваю я вслед за ней наш старый, со времён колледжа, тост.

Мы чокаемся и закидываем в себя жидкость. Она обжигает горло. Я так давно не пила текилу, что вздрагиваю от её огня и прижимаю ко рту руку, пытаясь как-то его притушить.

— Да ладно, Райлс! — кричит мне Хэдди, даже не поморщившись от алкоголя. — У нас на подходе ещё один!

С бесстрашной улыбкой на лице я поднимаю вторую рюмку, касаюсь ею рюмки Хэдди, и мы отправляем очередную порцию текилы по адресу. Вторая жалит не так сильно, и внутри меня разливается тепло, согревающее тело, но по вкусу текила по-прежнему для меня как дерьмо.

Хэдди бросает мне понимающий взгляд и начинает хихикать:

— Вечер обещает быть весёлым! — Её рука обвивает меня и сжимает в объятиях. — У меня так давно не было партнёра по безобразиям.

Я улыбаюсь ей в ответ, пока присматриваюсь к атмосфере клуба. Это огромное помещение, стены первого этажа отделаны пурпурным бархатом. Зеркало, занимающее в сверкающем баре всю стену, отражает обстановку, ещё больше визуально увеличивая зал. Посреди него — внушительного размера танцпол, окружённый вращающимися стробоскопами, которые создают головокружительное смешение цветов. По периметру зала, пролётами различной величины, к VIP-зоне углами поднимаются лестницы, и там, наверху, зеленовато-голубые кабинки разделены бархатными стойками. В одной части VIP-зоны, за органическим стеклом, виден диджей, колдующий над музыкальными ритмами, раскачивающими клуб. Официантки модельной внешности, в шортах и форменных майках, с одинаковыми пурпурными цветами в волосах мелькают тут и там. И весь клуб в целом шикарен, с лёгким оттенком изысканности, несмотря на стратегически размещённую кругом рекламную атрибутику Merit Rum.

Время приближается к одиннадцати вечера, толпа становится гуще, и я чувствую, как эта масса народа пульсирует энергией. В одном углу VIP-зоны заметна группа людей, и мне любопытно, кого из знаменитостей для продвижения их нового продукта привлекла команда Хэдди. Я была достаточно тесно знакома с её работой, чтобы знать, как это действует. Звёздные личности, демонстрирующие на фотосъёмках новый товар, рекламируют не только его, но и агентство Хэдди.

Я беру у неё из рук бокал с моим обычным «Том Коллинз»⁴, тяну его через соломинку, попутно поглядывая на второй этаж. Потом вопросительно поднимаю на Хэдди глаза, не надеясь перекричать музыку, которая становится громче по мере того, как клуб становится многолюднее. Полагаю, до уровня громкости, когда останется только кричать друг другу, осталось минут тридцать.

Она улавливает мой немой вопрос о персоне наверху. Наклоняется, чтобы произнести мне в ухо:

— Точно не знаю, кто там. Присутствие на сегодняшней презентации нам подтвердили сразу несколько человек, — она уклончиво пожимает плечами. — Немного неожиданности — это не так плохо.