Читаем Уловка полностью

Репортер стояла перед зданием в один этаж. Стены когда-то были белыми, но теперь стали серыми, большая часть краски облетела за годы. Двойные стеклянные двери с голубым ободком были открыты, медики ходили туда-сюда. Над дверями была выгоревшая деревянная табличка с надписью «Детская клиника, благословленная Цибао», которая уже не была черной.

— Это фотография похитителей, укравших фильтр воздуха из клиники две ночи назад, — сказала репортер, женщина в темной шелковой блузке без рукавов, роботу-камере. Зернистое изображение трех мужчин в черном появилось на экране. Я тут же узнал в них наемников Цзиня — тех, что похитили Линь И. — Эту фотографию предоставила директор клиники, мисс Вонг, потому что камер и системы безопасности в заведении нет.

— Понятно, почему они повезли Линь И туда, — сказал я. — Они уже были в Цибао.

— Это не совпадение, — согласилась Линь И. — Джени отмечала в записках, что отдала прототип в клинику на окраине Шанхая. Она добавила фотографию, все сходится.

Программа показала женщину постарше, с короткими волосами. Она плакала.

— Тут бедные дети из города и окрестностей, брошенные или отданные нам родителями, у которых нет денег, чтобы заботиться о них. Эти люди обокрали нас. Я знала, что без фильтра жизни детей будут под угрозой, — ладонь женщины дрожала, пока она вытирала глаза. — Я умоляла. Предлагала сбережения, — ее дрожащий вдох стал всхлипом. — У нас нет оборудования, чтобы помочь детям, когда качество воздуха станет хуже, — мисс Вонг опустила голову, не могла смотреть в камеру.

— Черт, — сказал я.

Новости вернулись к репортеру.

— Хуже то, что большая часть Цибао страдает от перебоев со светом со вчерашнего дня, и почти весь район Миньхан, где находится Цибао, включая клинику, без электричества. Из-за нехватки денег в клинике есть только один старый генератор, и он не работает, — репортер покачала головой. — Трое младенцев и два ребенка уже умерли. Ситуация ухудшается.

Директор забрала микрофон у репортера.

— Нам очень нужны новый генератор, инкубаторы, вентиляторы и фильтры воздуха для больницы. Прошу, помогите!

Я убрал звук.

— Что нам делать?

— Мне нужно пойти туда, — сказал Арун. — Айрис может остаться тут с Линь И. Идем со мной, Чжоу.

— Это слишком опасно, — ответила Айрис.

— Я не могу не помочь, — парировал Арун. — Дети умирают. Малыши.

Линь И встала и обняла Аруна. Она выглядела изможденно, но Арун был где-то между паникой и яростью.

— Иди с Чжоу. У Айрис есть временный телефон. Мы будем на связи. Я должна закончить к вечеру.

— Ты в опасности Линь И, даже если у Цзиня теперь прототип, — сказал я. — Его люди получили его до того, как схватили тебя, — я закружил нож-бабочку, мне нужно было что-то делать. — Цзинь не любит оставлять хвосты. Ты для него — помеха.

— Ты прав, — сказал Арун. — И на то, чтобы понять устройство катализатора, у него уйдет не меньше месяца. У Цзиня нет столько терпения.

— Не переживай за меня, — сказала Линь И. — Иди, но прикрой волосы, Арун, — сказала она. — Тебя легко так узнать. Скрывайте лица.

Мы кивнули. Мы с Аруном собрались за пятнадцать минут и еще до девяти утра вышли из отеля и направились в Цибао.

* * *

Мы сели в воздушную машину. День уже был жарким, и в Бунде было много пешеходов, а еще две большие группы туристов. Их гиды держали яркие флаги, а туристы были в кепках одного цвета. Длинная баржа плыла по реке, несла, как казалось, кучи грязи. Мимо проносились лодки туристов, люди собирались на палубах, делали фото и видео, любовались видом. Я был рад сесть в прохладный салон воздушной машины и улететь от толпы в небо. Я смотрел на Башню Цзинь, пока мы проносились мимо. Открытия прошлой ночи насчет Дайю снова ударили по мне. Я сосредоточился на виде города и пытался отвлечься.

Машина плавно опустилась к входу детской клиники. Низкое здание было далеко от каналов и популярных улиц с магазинами, его окружала каменная стена в шесть футов высотой. Клиника была в конце улицы с традиционными домами с изогнутыми крышами с черепицей. Хоть тут было не так людно, как в новостях, несколько репортеров оставались в стороне.

Полиции не было, мы с Аруном легко прошли под желто-черной лентой, беспорядочно натянутой перед главным входом во двор клиники. Мы были в темных кепках и больших масках на лицах, открытыми оставались только глаза. Никто не взглянул на нас. Мы подождали у входа, пока два медика выносили маленькое накрытое тело на носилках. Они были по длине меньше полотенца для рук. Арун издал сдавленный звук рядом со мной, я отвел взгляд.

— Нужно найти директора, — сказал Арун, прошел в клинику, когда медики с носилками пошли по двору к вратам.

Я пошел за ним, чуть не отпрянул от стены влажной жары в тусклой клинике. Сверху мерцал аварийный свет, его не хватало, чтобы озарить длинные узкие коридоры. В клинике было зловеще тихо, лишь порой плакал ребенок. Тишину прерывал и сухой кашель, напоминающий мне о маме перед смертью.

Арун громко выругался, его голос звучал слишком громко и неуместно в таком окружении.