Читаем Улица Холодова полностью

В 2024 году Зое Александровне 86 лет. Она продолжает встречаться с учениками школы номер 5 и рассказывать детям о Диме.

66.

Сразу после 24 февраля 2022 года я ощутила желание просто не быть, прямо как в детстве и юности. Моя знакомая поэтесса и писательница Оксана рассказывала, что тоже думала о самоубийстве. Невыносимо и непонятно существовать без осознания своей субъектности, без возможности повлиять на свою жизнь, как в детстве. Я лежала несколько недель. От меня никто ничего не требовал, мои коллежанки и коллеги находились в таком же состоянии и просто остановили наши общие дела. Потом тихо я/мы встали и начали пытаться жить дальше. Думать, уезжать, оставаться, работать, провожать друзей. Но меня заприметила Война. Нас всех заприметила война. Мое тело начало убыстренно стариться. Мое зрение упало за последние два года на два минуса. Но главное, что со мной сделала эта беда, – она отняла у меня способность мечтать. Раньше я всегда была хороша с мечтами. Я мечтала уехать из Климовска, заработать много денег, стать журналисткой, дальше стать лучшей в стране придумщицей, получить «Каннского льва», дальше устроиться в другой стране, написать сценарий, написать книгу, вторую-третью, опубликоваться, путешествовать по России и по всему миру, получить какую-нибудь хорошую литературную премию, купить квартиру, быть экранизированной, получить «Каннскую пальмовую ветвь», погасить ипотеку, перевестись на другие языки. Сейчас я совсем не мечтаю.

67.

Рассказываю своей московской подруге, что «кроме меня» из Климовска еще этот молодой актер, который играл в «Грузе 200» и «Морфии» Балабанова, художница и иллюстраторка Вера, изобретатель Владимир Красноухов, автор логических головоломок, и, конечно, Холодов. Подруга отвечает, знаешь, для Климовска вас вполне достаточно. Я думаю, что нас, наверное, гораздо больше. Почему-то мне важна эта плотность вынужденно пришедших из моего города к рефлексии – рисующих, играющих, пишущих, придумывающих – из опыта одного общего пространства, ежедневного дыхания, топтания в одних и тех же учреждениях, перекрестках, платформах, транспортных единицах. Общая мука места или радость места. Кому как в разное время. Общий показатель давления станка одного и того же штамповочного завода.

До моей школы мы с родителями жили вместе с бабушкой и дедушкой в одной двушке на проспекте 50-летия Октября, то есть фактически через дорогу и два дома от Холодовых. Останься мы там, я бы отправилась учиться в гимназию номер 4. В старом своем дворе я дружила какое-то время с дочерью музыканта, который пел «У меня нет жены». Забыла перечислить его своей московской подруге. Дочь звали Татьяной, она снималась в клипе на эту песню с каре и в темных очках и выглядела как Матильда в «Леоне». У дочери музыканта была настоящая Барби, у Барби была яхта. Когда я увидела эту Барби, я впервые ощутила социальное неравенство.

Мы с родителями разъехались с бабушкой и дедушкой по разным адресам, в нашу бывшую квартиру вселились сильно пьющие люди, чей сын только что вернулся из тюрьмы. Там произошел пожар. Музыкант и его дочь уже к тому времени перебрались в Москву. Потом он стал продюсером Алсу. После переезда я приходила в свой старый двор, и мои прежние раннедетские друзья упрекали меня в том, что я не сумела уговорить родителей остаться здесь и новые жильцы подожгли квартиру. Много лет она стояла с подкопченными подоконниками и откосами и без занавесок. Внутри проглядывалась обгорелая пасть комнаты, той самой, где мы жили вместе с родителями. Это я видела, двигаясь мимо своего бывшего дома по проспекту 50-летия Октября.