Читаем Украсть у президента полностью

– Это совсем другое, – сказал Глеб. – Женщина и мужчина могут, конечно, жить в браке. Это семья. А могут жить отдельно, и у каждого своя жизнь, а встречаются они только время от времени.

– Зачем?

– Только ты не говори, что не знаешь, откуда берутся дети, – сказал Глеб.

– Знаю, – сообщила она серьезно.

– Ну и наверняка ты знаешь, что не все и не всегда заканчивается детьми. Иногда это делается просто для удовольствия.

– Что делается?

Растерявшийся Глеб заглянул Жене в глаза. И обнаружил, что она нисколько над ним не иронизирует.

– Мужчина и женщина общаются, – сказал Глеб. – Для удовольствия. И я тоже общаюсь. Хотя здесь, как видишь, со мной никто не живет. Так не бывает, чтобы мужчины без женщин. Или женщины без мужчин. То есть бывает, но только в исключительных случаях. Где-нибудь в монастырях, к примеру.

– Где? – озадачилась-растревожилась Женя.

Еще одно слово, выпавшее из ее памяти.

– Монастырь, – сказал Глеб. – Такое место, где живут монахи. Это если мужчины. А если женщины, то они – монахини. В черных одеждах ходят.

У Жени дернулась щека. Занервничала.

– Ну что такое? – ласково спросил Глеб. – Что-то в моих словах не так? Давай разбираться.

Он по опыту знал о том, что все недоразумения должны разрешаться сразу.

– Я же помнила слово «монастырь»! – потерянно сказала Женя. – И опять забыла! И про монахов ты мне уже говорил. Помнишь, совсем недавно? Мне приснился монастырь, и я тебе рассказывала…

Ее надо было сейчас поддержать. Чтобы отчаяние не овладело ею надолго.

– Вот видишь, к тебе возвращается память! – одобрительно оценил Глеб.

Женя недоверчиво замотала головой.

– Что-то еще усваиваешь нетвердо, – признал очевидное Глеб. – Но ведь ты вспоминаешь! У тебя получается! И ты вспомнила о том, что уже был разговор о монастыре. Правильно?

– Да.

– Ты все еще балансируешь на грани, Женька. Будто идешь по дорожке из досок, доски эти перебросили через топь, через гиблые места, через болота, и ты иногда еще в эту топь шлепаешься, глупо было бы отрицать, что не все еще с твоей памятью ладно. Но ты уже научилась выкарабкиваться, уже знаешь, как по досточкам этим идти…

– Зачем ты меня успокаиваешь? – вздохнула Женя.

– Потому что ты не должна заниматься самоедством, – сказал Глеб. – Если будешь печалиться и все на свете проклинать – ты дольше будешь выкарабкиваться. Надо идти, идти по этим досточкам быстрее, чтобы до твердой земли добраться. Так что давай вместе. Давай будем вспоминать. Давай будем думать, как там у тебя в прежней жизни было. Я опять к этому твоему мужчине возвращаюсь, – упорно вел разговор в нужном русле Глеб. – Давай вместе размышлять. То, что у тебя кто-то был, – в этом я нисколько не сомневаюсь.

Женя молчала, но какое-то недоверие в ее взгляде угадывалось.

– Был-был! – уверенно сказал Глеб. – Понимаешь, ты симпатичная. Даже красивая.

Тут Женя нахмурилась. В зеркало она все-таки смотрелась. И шрамы, оставшиеся после той страшной катастрофы на ее лице, она видела.

– Красивая! – упрямо повторил Глеб. – Это одна причина. Вторая причина – у тебя социальный статус…

Женя посмотрела непонимающе. Не все слова можно употреблять при разговоре с ней. Попроще надо. Попонятнее.

– У тебя работа, – сказал Глеб. – Профессия нормальная. То есть в жизни ты устроена. К таким женщинам у мужчин интерес. Безграмотная Фекла никому не нужна.

– Фекла…

– Это имя! – поспешно пояснил Глеб. – Но в данном случае я просто имел в виду малограмотную женщину. В общем, подвожу итог. Ты была не одна. Но дальше начинаются сложности. Ты ведь не в браке. Почему? Сейчас много женщин, которые не оформляют отношения…

И снова его слова привели бедную Женю в смятение.

– Оформляют отношения, – повторила Женя, будто пробуя эту фразу на зуб и пытаясь определить, что за ягода такая ей попалась.

– Мужчина и женщина создают семью, – терпеливо объяснял Глеб. – И то, что они теперь будут жить вместе, они записывают в документах. Официально регистрируют. Есть такой документ – свидетельство о браке.

– Да! – прояснился взор Жени.

– Видишь, вспомнила! – одобряюще улыбнулся Глеб. – В свидетельстве о браке записывают, что отныне мужчина и женщина – муж и жена. А у тебя такой бумаги нет. И это странно.

– Почему?

– Я думаю, что в Туле в твоем возрасте большинство женщин уже замужем. А такая, как ты, тем более должна быть в браке. Ты такая правильная, такая скромная, у тебя на лице написано, что ты – женщина замужняя. Но ты не замужем. И детей у тебя нет. Какие могут быть варианты? Карьеру строишь? Ну какая у тульского бухгалтера карьера? Смешно! Причина не в этом. Может быть, просто сложности какие-то? Экология дрянная, проблемы со здоровьем. Но уже научились вроде бы с этим справляться. Пробирки всякие, медикаменты. Захотела бы – родила. Но не рожала. И тогда у меня возникает подозрение: ты никак не могла определиться со своим мужчиной. Какие-то у тебя сомнения были. Что-то тебя останавливало. Что?

– Глеб, я не знаю! – пробормотала Женя. – Ты рассказываешь, а мне из этого ничего не знакомо. Я слушаю и хочу знать, что будет дальше. Как сказка для маленького ребенка.