Читаем Украсть у президента полностью

– Если мы ее будем удерживать в Москве, остальных Ведьмакиных мы не получим.

– Хотел бы я посмотреть, как мать бросит свою дочь в беде, – пожал плечами генерал. – Сначала с перепугу ехать, может быть, откажется. Но потом материнское в ней все-таки взыграет.

– Не факт! – отмахнулся Корнышев. – Но если даже она согласится приехать в Москву, ее сын, Никифор Ведьмакин, останется на Кипре. У него нет отсрочки от призыва.

– С ним будет проще, – сказал многоопытный Калюжный. – Когда он останется один…

– Я всю семью вам передам, – пообещал Корнышев. – Одним махом. Через неделю. Но для этого дочь Ведьмакина должна беспрепятственно вернуться на Кипр.

– План у тебя есть?

– План у меня есть.

– Что тебе потребуется?

– В ближайшие сутки – ничего особенного, кроме мер обеспечения. Во-первых, надо бы на недельку изолировать женщину, которая прилетела со мной с Кипра.

– Кто она?

– Проститутка. Я боюсь, как бы она чего-то не брякнула при младшей Ведьмакиной.

– Сделаем, – коротко сказал Калюжный. – Что еще?

– И надо бы там, на Кипре, создать проблемы для сутенера этой проститутки. Я без нее вернусь, а он мне претензии будет предъявлять. Я ведь ее как бы арендовал. Ну, не знаю, может, ему пистолет подбросить и местную полицию на него навести? Нужно, чтобы он неделю гарантированно молчал и не подпрыгивал.

– Как его фамилия? – спросил Калюжный.

– Рустамов. Все данные на него есть у Ильи.

– Сделаем! – кивнул Калюжный. – Что еще?

– Пока все.

– Действуй! – сказал Калюжный.

* * *

Эльвира и Корнышев встретились в нижнем зале ресторана. Эльвира спустилась по лестнице, а Корнышев только что вышел от Калюжного.

– Как дела? – спросил Корнышев и изобразил улыбку.

– Катенька соскучилась, – стрельнула глазами вверх Эльвира. – Уже несколько раз спрашивала, куда подевался любимый муж. Кажется, она неровно дышит, и я уже ревную, – усмехнулась она.

– Ей вряд ли удастся разбить нашу крепкую семью, – пошутил Корнышев.

– Нет, она на самом деле, кажется, влюбилась. У нее на Кипре нет парня?

– Я думаю, что нет.

– Очень похоже. Она ведет себя как девица на выданье, которую женихи обходят стороной.

– Ну, Катю они вряд ли обходят. Скорее, она от них просто прячется.

– Это без разницы, – махнула рукой Эльвира. – Главное, что она истосковалась по мужскому вниманию. Ее можно прямо голыми руками брать.

Она улыбалась Корнышеву, но ее взгляд в какой-то момент дрогнул, метнулся за плечо Корнышеву и тут же вернулся, но Корнышев уже это увидел. Он обернулся, пытаясь определить, что вызвало настороженность его собеседницы, увидел двоих «посетителей», мирно ужинающих за ближайшим столиком, и больше за спиной у Корнышева никого не было.

– Ты их знаешь? – спросил он у Эльвиры.

Она мотнула головой и нервно улыбнулась. И Корнышев понял, что она о чем-то догадывается. Он ничего не сказал Эльвире, пошел по лестнице наверх, но, когда оказался за спиной у Эльвиры, сделал знак рукой Горецкому, который только что вышел от Калюжного. Горецкий в сопровождении одного из «посетителей» направился за Эльвирой в туалетную комнату.

Корнышев вернулся к Кате. Девушка скучала за столиком в одиночестве, задумчиво отпивая маленькими глотками клюковку, и оживилась при приближении Корнышева.

– Я как будто во сне, – сказала она с мечтательной улыбкой. – Может быть, я сейчас скажу глупость, но мне кажется, что я сплю.

Корнышев увидел на полу раздавленный мобильник. Перехватив его взгляд, Катя засмеялась.

– Это вот тот чел, – показала она на якобы нетрезвого «клиента». – Он вел себя как медведь.

– Если этот медведь еще раз повторит что-нибудь подобное, сдадим его на кухню, – усмехнулся Корнышев. – Там из него сделают пельмени с медвежатиной. Вы маме звонили?

– Увы! – с притворной печалью пожала плечами Катя.

– Понятно.

Корнышев выложил на стол свой мобильник, предлагая Кате сделать звонок.

– Только не говорите маме, что вы в Москве! – сказал с улыбкой Корнышев. – Поверить она все равно не поверит, но инфаркт ей обеспечен.

Катя оказалась любящей дочерью и в телефонном разговоре с матерью ни словом не обмолвилась о Москве.

– А теперь едем, – сказал ей Корнышев, когда разговор завершился. – До завтрашнего утра вы вроде как на дискотеке. Так что давайте это время используем с толком.

Они спустились вниз. Горецкий ждал их у машины. Эльвиры нигде не было видно.

– А где ваша жена? – вопросительно посмотрела на Корнышева Катя.

И Горецкий посмотрел на Корнышева, будто он тоже был не в курсе и ему очень хотелось знать, куда запропастилась Эльвира.

– Она решила воспользоваться приездом в Москву, – туманно поведал Корнышев, – и доделать то, что не успела сделать до отлета на Кипр. Так что кататься мы будем без нее. Ей ведь эта экскурсия не так интересна, как вам, Катя. Она здесь живет постоянно.

Кате такого объяснения оказалось вполне достаточно.

– Едем! – сказала она. – Я хочу все-все увидеть!

* * *