Читаем Царь Иисус полностью

Сын Иосифа, или сын Ефрема, — еще один воинственный Мессия, царствование которого также должно было увенчаться всеобщим миром. Он тоже должен был родиться в иудейском Вифлееме, где жила его прапрапрапрабабка Рахиль, однако править должен был над десятью северными коленами, которые отделились от Ровоама, последнего царя всего Израиля. Поскольку Сихем был осквернен самарянами, некоторые предполагали, что он объявится на священной галилейской горе Фавор, а другие все-таки ждали, что он придет в Сихем и очистит его от скверны. Сын Иосифа, вне всяких сомнений, — соперник сына Давида, и центром его почитания должен был стать Иерусалим, ибо северяне не сомневались, что благословение Иакова, данное сыновьям, как об этом сказано в Книге Бытия, не оправдывает Иуду, в честь которого зовутся все иудеи, в его претензиях на постоянное главенство в Израиле. В пророчестве много неясного.

Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не придет Примиритель, и Ему покорность народов.

Когда это произойдет, тогда царский скипетр и жезл, до тех пор находящиеся в руках Иуды, перейдут к Мессии, который будет из рода Иосифа, потому что еще патриарх Иаков сказал, что от Иосифа явится Пастырь и Твердыня Израиля «благословениями отца твоего, которые превышают благословение гор древних и приятности холмов вечных». С этим воином, сыном Иосифа, соединяли проповедника покаяния, который мог бы быть и Илией.

Что значит «Иосиф»? Разве это не весь священный народ Израиля, выведенный Моисеем из Египта? Или только два племени Ефраима и Манассия, с которыми позднее соединили это имя и жалкие остатки которых еще семь столетий назад были уведены в ассирийское рабство, откуда так и не возвратились? В таком случае сын Давида — это и сын Иосифа, и благословение Иуды означает, что Иуда должен хранить независимость своего племени, пока не настанет время независимости всего Израиля.

Что касается непонятного уточнения насчет воинственного Мессии — будь то сын Давида или сын Иосифа, — то, согласно Исайе, он будет идти от Едома, который во времена Исайи находился вне земель иудеев, в червленых ризах от Восора. Если Восор — главный город едомитян, значит, он едомитянский царь. Однако, возможно, говорят противники этой теории, что имеется в виду другой Восор, который стоит на берегу Персидского залива и веками славится пурпуровой краской.

Третий Мессия — Сын Человека, что весьма сомнительно, хотя источник этой версии — седьмая глава апокалиптической Книги пророка Даниила. В ней Даниил провидит некоего Сына Человеческого, которому Ветхий Днями дает в вечную власть все народы, племена и языки. Сын Человеческий — совсем не человек, и в Иерусалим он въезжает не на белом осле, а, как говорит Даниил, на облаке. Конечно, можно считать, что он дух или что-то вроде того или другого из двух первых Мессий, совершающий на небесах то, что в это время совершается на земле.

Четвертый Мессия должен быть царско-священ-нослужительского происхождения, к тому же жить в Иудее. О нем лучше всего читать в прекрасном, хотя и неканоническом завете Левия. В качестве священника этот Мессия непременно должен был быть из племени Левия, а не Иуды или Иосифа. Он должен был подтвердить завоевания своих войск, установить всеобщий мир, реформировать календарь, изменить каноническое Писание и очистить людей от грехов. Эту идею трудно примирить с остальными, и все же Заха-рия, законопослушный сын Садока, не мог взять и вовсе вычеркнуть ее, как он вычеркнул идею фарисеев о всеобщем воскресении в конце тысячелетия и суде Иеговы над всеми когда-либо жившими на земле.

Последним в списке был Страдающий раб, чьи притязания на звание, истинного Мессии были изучены лишь немногими и то пессимистично настроенными фарисеями. Соответствующий текст есть в пятьдесят третьей главе Книги пророка Исайи. Это не великий завоеватель, как сын Давида или сын Иосифа, а человек, презренный и умаленный перед людьми, признанный грешником и приговоренный к позорной казни. Он промолчит перед своими обвинителями и будет поспешно предан ими земле, но каким-то образом после смерти победит всех. О его смерти говорится еще и в двенадцатой главе Книги пророка Захарии: «… и они воззрят на Него, Которого пронзили, и будут рыдать о Нем, как рыдают об единородном сыне, и скорбеть, как скорбят о первенце». Захария, который взял Страдающего раба в качестве примера отвергнутого пророка, не мог всерьез считать его Мессией, потому что его царство должно было быть посмертным, а посмертное царство уже звучит как противоречие. И все же, не желая оставлять никаких пробелов, он включил в свой перечень тексты о Страдающем рабе с соответствующими комментариями, в которых сравнил его с пророком Елисеем, оживившим сына сунамитянки, и сделал вывод, что этот Мессия будет испытан смертью и воскрешен из мертвых Иеговой.