Читаем Три мушкетера полностью

- Ларец помешает вам в пути. А затем - этот ларец тем дороже мне, что он только один мне и остаётся. Вы скажете, что я оставил его у себя.

- Я передам ваше поручение слово в слово, милорд.

- А теперь, - произнёс герцог, в упор глядя на молодого человека, - как мне хоть когда-нибудь расквитаться с вами?

Д'Артаньян вспыхнул до корней волос. Он понял, что герцог ищет способа заставить его что-нибудь принять от него в подарок, и мысль о том, что за кровь его и его товарищей ему будет заплачено английским золотом, вызвала в нём глубокое отвращение.

- Поговорим начистоту, милорд, - ответил д'Артаньян, - и взвесим всё, чтобы не было недоразумений. Я служу королю и королеве Франции и состою в роте гвардейцев господина Дезэссара, который, так же как и его зять, господин де Тревиль, особенно предан их величествам. Более того: возможно, что я не совершил бы всего этого, если бы не одна особа, которая дорога мне, как вам, ваша светлость, дорога королева.

- Да, - сказал герцог, улыбаясь, - и я, кажется, знаю эту особу. Это…

- Милорд, я не называл её имени! - поспешно перебил молодой гвардеец.

- Верно, - сказал герцог. - Следовательно, этой особе я должен быть благодарен за вашу самоотверженность?

- Так оно и есть, ваша светлость. Ибо сейчас, когда готова начаться война, я, должен признаться, вижу в лице вашей светлости только англичанина, а значит, врага, с которым я охотнее встретился бы на поле битвы, чем в Виндзорском парке или в коридорах Лувра. Это, однако ж, ни в коей мере не помешает мне в точности исполнить поручение и, если понадобится, отдать жизнь, лишь бы его выполнить. Но я повторяю: ваша светлость так же мало обязаны мне за то, что я делаю при нашем втором свидании, как и за то, что я сделал для вашей светлости при первой нашей встрече.

- Мы говорим: «Горд, как шотландец», - вполголоса произнёс герцог.

- А мы говорим: «Горд, как гасконец», - ответил д'Артаньян. - Гасконцы - это французские шотландцы.

Д'Артаньян поклонился герцогу и собрался уходить.

- Как? Вы уже собираетесь уходить? Но каким путём предполагаете вы ехать? Как вы выберетесь из Англии?

- Да, правда…

- Будь я проклят! Эти французы ничем не смущаются!

- Я забыл, что Англия - остров и что вы - владыка его.

- Отправляйтесь в порт, спросите бриг «Зунд», передайте капитану это письмо. Он отвезёт вас в маленькую французскую гавань, где обыкновенно, кроме рыбачьих судов, никто не пристаёт.

- Как называется эта гавань?

- Сен-Валери. Но погодите… Приехав туда, вы зайдёте в жалкий трактирчик без названия, без вывески, настоящий притон для моряков. Ошибиться вы не можете - там всего один такой и есть.

- Затем?..

- Вы спросите хозяина и скажете ему: «Forward».

- Что означает…

- … «Вперёд». Это пароль. И тогда хозяин предоставит в ваше распоряжение осёдланную лошадь и укажет дорогу, по которой вы должны ехать. На вашем пути вас будут ожидать четыре сменные лошади. Если вы пожелаете, то можете на каждой станции оставить ваш парижский адрес, и все четыре лошади будут отправлены вам вслед. Две из них вам уже знакомы, и вы, кажется, как знаток могли оценить их - это те самые, на которых мы с вами скакали из Виндзора. Остальные - можете положиться на меня - не хуже. Эти четыре лошади снаряжены, как для похода. При всей вашей гордости вы не откажетесь принять одну из них для себя и попросить ваших друзей также принять по одной из них. Впрочем, ведь они пригодятся вам на войне против нас. Цель оправдывает средства, как принято у вас говорить.

- Хорошо, милорд, я согласен, - сказал д'Артаньян. - И, даст бог, мы сумеем воспользоваться вашим подарком!

- А теперь - вашу руку, молодой человек. Быть может, мы вскоре встретимся с вами на поле битвы. Но пока мы, полагаю, расстанемся с вами добрыми друзьями?

- Да, милорд, но с надеждой вскоре сделаться врагами.

- Будьте покойны, обещаю вам это.

- Полагаюсь на ваше слово, милорд.

Д'Артаньян поклонился герцогу и быстрым шагом направился в порт.

Против лондонского Тауэра он отыскал указанное судно, передал письмо капитану, который дал его пометить начальнику порта и сразу же поднял паруса.

Пятьдесят кораблей, готовых к отплытию, стояли в гавани в ожидании.

Бриг «Зунд» проскользнул почти вплотную мимо одного из них, и д'Артаньяну вдруг показалось, что перед ним мелькнула дама из Менга, та самая, которую неизвестный дворянин назвал «миледи» и которая д'Артаньяну показалась такой красивой. Но сила течения и попутный ветер так быстро пронесли бриг мимо, что корабли, стоявшие на якоре, почти сразу исчезли из виду.

На следующее утро, около девяти часов, бриг бросил якорь в Сен-Валери.

Д'Артаньян немедленно отправился в указанный ему трактир, который узнал по крикам, доносившимся оттуда. Говорили о войне между Англией и Францией как о чём-то неизбежном и близком, и матросы шумно пировали.