Читаем Три гроба [Литрес] полностью

– Я направился к двери и обнаружил, что она заперта снаружи. Описать, что я тогда почувствовал, можно примерно так. В вашей спальне находится какой-нибудь заметный предмет, например картина или ваза, вы так к этому предмету привыкли, что почти не обращаете на него внимание. Но однажды вы заходите в спальню и чувствуете, что в комнате что-то не так. Вы не понимаете – что именно, и это вас раздражает. И вдруг вы замечаете пустое место. Вы испытываете шок – привычный предмет исчез. Понимаете, да? Я чувствовал себя примерно так же. Я знал, что что-то не так. И это чувство не покидало меня с того момента, как этот тип поговорил с нами из коридора, но осознание пришло только тогда, когда я обнаружил, что дверь заперта, меня как обухом по голове ударило. И как раз тогда, когда я начал бестолково дергать за ручку, раздался выстрел.

Огнестрельное оружие внутри помещения производит ужасный шум, мы хорошо расслышали выстрел, хотя и прозвучал он на верхнем этаже. Розетта закричала…

– Я не кричала!

– Потом она указала на меня пальцем и озвучила мои собственные мысли: «Это был вовсе не Петтис. Он пробрался внутрь».

– Можете ли вы сказать, во сколько точно это было?

– Да. Десять минут одиннадцатого. Ну и я, конечно, попытался вынести дверь… – Несмотря на то что Мэнган словно переживал все заново, в его глазах заблестел лукавый огонек ироничного веселья. Казалось, ему хотелось что-то сказать, но он опасался, что это может быть неправильно воспринято. – Вы, должно быть, замечали, как легко выбиваются двери в разных историях? Все эти истории просто описание рая для плотников. В них двери постоянно выбивают при всяком неудобстве, даже в ситуациях, когда кто-то за дверью просто не хочет отвечать на обыкновенный вопрос. Попробовал бы кто-нибудь проделать этот трюк с одной из здешних дверей!.. Какое-то время я ударял в нее плечом, а потом решил выпрыгнуть в окно и попытаться войти через переднюю дверь или со стороны заднего двора. Так я и наткнулся на вас, а что было дальше – вам известно.

Хэдли постучал кончиком карандаша по записной книжке:

– И часто передняя дверь бывает открытой, мистер Мэнган?

– Боже! Я не знаю! Но больше мне ничего в голову не приходило. Как бы то ни было, она оказалась не заперта.

– Да, она была не заперта. Вам есть что добавить, мисс Гримо?

Она опустила веки:

– По большему счету, нечего. Бойд рассказал вам все именно так, как оно и было. Однако полицейские всегда стремятся узнать как можно больше странных деталей, не так ли? Даже если они вроде как и неважные? Скорее всего, это совсем незначительное наблюдение, но я все равно вам расскажу… Спустя несколько минут после звонка в дверь я поднималась, чтобы взять сигареты со столика у окна. Как Бойд уже сказал, играло радио. Однако откуда-то с улицы, а может, с крыльца донесся звук, похожий на удар, – словно с большой высоты упал тяжелый предмет. Это не было похоже на обычный уличный шум. Словно человек упал.

Рэмпол непроизвольно поежился. Хэдли спросил:

– Удар, говорите? Хм. Вы не выглянули наружу, пытаясь разглядеть, что это было?

– Да, я выглянула. Но ничего не увидела. Конечно, я просто немного отодвинула в сторону занавеску и посмотрела краешком глаза, но могу поклясться, что на улице никого не было… – И тут она резко замолчала. Ее губы приоткрылись, а глаза уставились в одну точку. – Боже мой!

– Да, мисс Гримо, – невозмутимо сказал Хэдли. – Все занавеси были опущены, как вы и сами только что подтвердили. Я хорошо это запомнил, потому что мистер Мэнган запутался в одной, когда выпрыгивал в окно. Именно поэтому я задался вопросом, как гость мог хоть что-то разглядеть в окне. Может быть, в какой-то промежуток времени окна не были зашторены?

В тишине опять были слышны только приглушенные шаги по крыше. Рэмпол бросил взгляд на доктора Фелла, который стоял, опираясь на одну из невыбиваемых дверей, – широкополая шляпа надвинута на глаза, рука придерживает подбородок. Потом Рэмпол перевел взгляд на бесстрастного Хэдли и снова на девушку.

– Он думает, что мы лжем, Бойд, – холодно сказала Розетта. – Полагаю, на этом наш разговор можно окончить.

И тут Хэдли улыбнулся:

– Ничего подобного, мисс Гримо. И сейчас я объясню, почему я вам верю, так как, кроме вас, нам помочь больше некому. Я вам даже расскажу, что случилось на самом деле… Фелл!

– Что? – пробасил Фелл, резко поднимая голову.

– Я хочу, чтобы вы послушали, – произнес Хэдли настойчиво. – Совсем недавно вы с явным удовольствием утверждали, что убеждены в правдивости невероятных, на первый взгляд, историй, рассказанных Миллсом и миссис Дюмон. При этом напуская туману и не объясняя, почему именно вы им поверили. Теперь я могу ответить вам тем же. Я готов сказать, что поверил и тем историям, и историям этих молодых людей. И, объясняя, почему я им верю, я объясню и саму невероятную ситуацию.

Тут доктор Фелл по-настоящему вышел из задумчивости. Он надул щеки и посмотрел на Хэдли так, словно готовился к поединку.

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже