Дело в том, что «рабочие руки» как всегда слишком поздно обнаружили, что стоимость их труда уже много месяцев назад выросла на 30 %, и только тогда — не ранее лета прошлого года — они начали бастовать, требуя сначала 10 % прибавки, потом еще 10 % и так далее, разумеется, в пределах того, что они могли получить. Неизменный успех этих забастовок, способствуя их распространению по всей стране, явился лучшим доказательством их законности, а частое повторение забастовок в одной и той же отрасли промышленности, являвшихся делом одних и тех же «рабочих рук», которые требовали все новых прибавок, исчерпывающим образом показало, что, по закону спроса и предложения, рабочие уже давно имели право на более высокую заработную плату и не получали ее только потому, что предприниматели пользовались их неосведомленностью о положении на рынке труда. Когда же рабочие наконец уяснили себе это положение, то предприниматели, все это время проповедовавшие «вечный закон спроса и предложения», вернулись к доктрине «просвещенного деспотизма» и потребовали права поступать со своей собственностью как им заблагорассудится; они заявили в форме злобного ультиматума, что рабочие не знают сами, что для них хорошо, а что плохо.

Изменение в общих экономических перспективах должно привести и к изменению в положении рабочих и работодателей по отношению друг к другу. Внезапное наступление этой перемены совпало с многочисленными забастовками, которые уже начались, и с еще большим числом тех, которые еще подготовляются. Несмотря на депрессию, они, без сомнения, будут продолжаться и проходить под тем же лозунгом повышения заработной платы, ибо в ответ на заявление предпринимателя, что он не может увеличить заработную плату, рабочие сошлются на вздорожание продуктов; а оба эти довода имеют одинаковую силу. Однако, если, как я предполагаю, депрессия затянется, рабочие пострадают от нее сильнее всего, и им придется бороться — без шансов на успех — уже против снижения заработной платы. Но тогда их деятельность быстро перейдет в область политики, и новая организация — тред-юнионы, — завоеванная в ходе забастовок, приобретет для них огромное значение.

Написано К. Марксом 27 сентября 1853 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 3900, 17 октября 1853 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

На русском языке публикуется впервые

Подпись: Карл Маркс

Ф. ЭНГЕЛЬС

РУССКИЕ В ТУРЦИИ

Так как война неизбежна и каждый прибывающий из Европы пароход может доставить известия о передвижениях армий и результатах сражений, то сейчас более чем когда-либо необходимо тщательно уяснить себе положение противников и соотношение их сил, а также различные обстоятельства, которые будут определять ход кампании. Такая потребность побуждает нас дать краткий анализ тех возможностей, которыми та и другая сторона располагают для наступления и обороны, а также тех основных стратегических соображений, которые, вероятно, будут влиять на решения командования воюющих сторон.

Русские войска, оккупировавшие Дунайские княжества, состояли вначале из двух пехотных корпусов и обычного количества резервной кавалерии и артиллерии. В состав русского пехотного корпуса входят три дивизии, то есть шесть бригад пехоты, несколько полков легкой кавалерии и одна артиллерийская бригада — всего около 55000 человек и приблизительно сто орудий. На каждые два пехотных корпуса имеются «резервный кавалерийский корпус» и известное количество резервной артиллерии, включая сюда тяжелую осадную артиллерию. Таким образом, первоначально оккупационная армия насчитывала, по штатному расписанию, приблизительно 125000 человек. Сейчас уже началась переправа через Прут третьего пехотного корпуса, и можно, следовательно, после всех необходимых вычетов, определять численность сосредоточенных на Дунае русских сил в 140–150 тысяч бойцов. Сколько из них в нужный момент окажется в состоянии стать в строй, зависит от санитарного состояния местности, от большей или меньшей расторопности русского интендантства и от иных обстоятельств подобного порядка, учесть которые, не будучи на месте, невозможно.