Читаем Том 9 полностью

В настоящее время, когда акт Пиля предписывает, чтобы золотой запас хранился как резерв для обеспечения обмена банкнот на золото, директорам банка представляется полная возможность обращаться с вкладами так, как им заблагорассудится. Более того. Именно установленный этим актом порядок, как я показал, может заставить банковое отделение приостановить выдачу вкладов и дивидендов, в то время как какое-то количество золота будет лежать в подвалах эмиссионного отделения. Так в 1847 г. действительно и произошло. Эмиссионное отделение располагало золотым запасом в 61000000 ф. ст. в момент, когда банковое отделение было спасено от банкротства только благодаря вмешательству правительства, приостановившего 25 октября 1847 г. под свою ответственность действие акта Пиля.

Таким образом, результатом акта Пиля явилось то, что Английский банк в течение кризиса 1847 г. менял учетную ставку тринадцать раз, тогда как в период кризиса 1825 г. он изменил ее лишь дважды; далее, то, что в разгар самого кризиса он вызвал ряд финансовых паник — в апреле и в октябре 1847 года; и наконец, то, что банковое отделение вынуждено было бы прекратить свою деятельность, если бы не было приостановлено действие самого акта. Не может быть, поэтому, сомнения в том, что акт Пиля усилит превратности и остроту надвигающегося кризиса.

Написано К. Марксом 9 сентября 1853 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 3881, 24 сентября 1853 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

На русском языке публикуется впервые

К. МАРКС

ПОЛИТИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ. — НЕДОСТАТОК ХЛЕБА В ЕВРОПЕ

Лондон, вторник, 13 сентября 1853 г. Газета «Sunday Times»[276] опубликовала в последнем номере депешу лорда Кларендона сэру Г. Сеймуру, являющуюся ответом на ноту графа Нессельроде от 2 июля. Депеша помечена 16 июля. Она представляет собой просто «doubliere» {«дубликат», «копию». Ред.} ответа г-на Друэн де Люиса. Автор одной корреспонденции в «Leader» за прошлую субботу в следующей смелой манере высказывается об «антагонизме» между лордом Абердином и Пальмерстоном:

«Лорд Абердин никогда не мог понять притворства лорда Пальмерстона; он не видит, что благодаря этому притворству лорд Пальмерстон умел безболезненно проводить русофильскую политику даже лучше, чем сам лорд Абердин… Лорд Пальмерстон скрывает цинизм под маской склонности к примирению… Лорд Абердин, в противоположность лорду Пальмерстону, выражает свои убеждения открыто… Лорд Пальмерстон понимает, а лорд Абердин не понимает выгоды от разговоров о вмешательстве при невмешательстве на деле… Лорд Абердин знает, на основании близкого знакомства с правящими классами, как добываются места и покупаются голоса, и поэтому он не считает английскую конституцию наиболее совершенным из человеческих институтов; и, полагая, что население континентальной Европы отличается не большим дружелюбием и честностью, чем население Великобритании, он не настаивает перед континентальными правительствами на отмене отеческого деспотизма в пользу самоуправления правящих классов… Лорд Абердин знает, что мощь Великобритании основана на покорении других национальностей, и он презирает внешнюю политику, притворно провозглашающую дружеское сочувствие борющимся национальностям. Лорд Абердин не видит, почему Англия, которая завоевала и ограбила Индию и угнетает ее во имя блага самой же Индии, должна ненавидеть царя Николая, который является добрым деспотом для России и угнетает Польшу безусловно во имя блага самой Польши. Лорд Абердин не понимает, почему Англия, которая задушила ряд восстаний в Ирландии, должна фанатически ненавидеть Австрию за подавление Венгрии, и зная, что Англия насильно навязывает Ирландии чуждую ей церковь, он понимает горячее стремление папы водворить кардинала Уайзмена в Вестминстер. Он знает, что мы вели войну с кафрами, и не считает Николая негодяем за то, что он истребляет свою армию в войнах с кавказцами; он знает, что мы периодически отправляем мятежных Митчелов и О'Брайенов на Вандименову землю, и не ужасается тому, что Луи-Наполеон устроил каторгу в Кайенне. Когда ему приходится писать неаполитанскому правительству о сицилийских делах, он не впадает в исступленный либерализм, так как он помнит, что Великобритания имеет своего проконсула в Корфу… Как все великолепно устроено в этом коалиционном правительстве, в котором есть и лорд Абердин для русофильских действий и лорд Пальмерстон для речей в духе бермондсийской политики».

В доказательство того, что я не преуменьшил героизм Швейцарии, я могу привести письмо, отправленное ее Союзным советом властям кантона Тессин. В этом письме говорится, что

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды
Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды

Что мы знаем о духовном наследии коренной России? В чем его основа? Многие не задумываясь расскажут вам о православной традиции, ведь её духом пропитаны и культурные памятники, и вся историческая наука, и даже былинный эпос. То, что христианская догматика очень давно и прочно укоренилась в массовом сознании, не вызывает сомнений. Столетиями над этим трудилась государственно-церковная машина, выкорчевывая неудобные для себя обычаи народной жизни. Несмотря на отчаянные попытки покончить с дохристианским прошлым, выставить его «грязным пережитком полудиких людей», многим свидетельствам высокодуховной жизни того времени удалось сохраниться.Настоящая научная работа — это смелая попытка детально разобраться в их содержании. Материал книги поражает масштабом своего исследования. Он позволит читателю глубоко проникнуть в суть коренных традиций России и прикоснуться к доселе неведомым познаниям предков об окружающем мире.

Александр Владимирович Пыжиков

Культурология
Василь Быков: Книги и судьба
Василь Быков: Книги и судьба

Автор книги — профессор германо-славянской кафедры Университета Ватерлоо (Канада), президент Канадской Ассоциации Славистов, одна из основательниц (1989 г.) широко развернувшегося в Канаде Фонда помощи белорусским детям, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. Книга о Василе Быкове — ее пятая монография и одновременно первое вышедшее на Западе серьезное исследование творчества всемирно известного белорусского писателя. Написанная на английском языке и рассчитанная на западного читателя, книга получила множество положительных отзывов. Ободренная успехом, автор перевела ее на русский язык, переработала в расчете на читателя, ближе знакомого с творчеством В. Быкова и реалиями его произведений, а также дополнила издание полным текстом обширного интервью, взятого у писателя незадолго до его кончины.

Зина Гимпелевич

Биографии и Мемуары / Критика / Культурология / Образование и наука / Документальное
Паралогии
Паралогии

Новая книга М. Липовецкого представляет собой «пунктирную» историю трансформаций модернизма в постмодернизм и дальнейших мутаций последнего в постсоветской культуре. Стабильным основанием данного дискурса, по мнению исследователя, являются «паралогии» — иначе говоря, мышление за пределами норм и границ общепринятых культурных логик. Эвристические и эстетические возможности «паралогий» русского (пост)модернизма раскрываются в книге прежде всего путем подробного анализа широкого спектра культурных феноменов: от К. Вагинова, О. Мандельштама, Д. Хармса, В. Набокова до Вен. Ерофеева, Л. Рубинштейна, Т. Толстой, Л. Гиршовича, от В. Пелевина, В. Сорокина, Б. Акунина до Г. Брускина и группы «Синие носы», а также ряда фильмов и пьес последнего времени. Одновременно автор разрабатывает динамическую теорию русского постмодернизма, позволяющую вписать это направление в контекст русской культуры и определить значение постмодернистской эстетики как необходимой фазы в историческом развитии модернизма.

Марк Наумович Липовецкий

Культурология / Образование и наука
Повседневная жизнь средневековой Москвы
Повседневная жизнь средневековой Москвы

Столица Святой Руси, город Дмитрия Донского и Андрея Рублева, митрополита Макария и Ивана Грозного, патриарха Никона и протопопа Аввакума, Симеона Полоцкого и Симона Ушакова; место пребывания князей и бояр, царей и архиереев, богатых купцов и умелых ремесленников, святых и подвижников, ночных татей и «непотребных женок»... Средневековая Москва, опоясанная четырьмя рядами стен, сверкала золотом глав кремлевских соборов и крестами сорока сороков церквей, гордилась великолепием узорчатых палат — и поглощалась огненной стихией, тонула в потоках грязи, была охвачена ужасом «морового поветрия». Истинное благочестие горожан сочеталось с грубостью, молитва — с бранью, добрые дела — с по­вседневным рукоприкладством.Из книги кандидата исторических наук Сергея Шокарева земляки древних москвичей смогут узнать, как выглядели знакомые с детства мес­та — Красная площадь, Никольская, Ильинка, Варварка, Покровка, как жили, работали, любили их далекие предки, а жители других регионов Рос­сии найдут в ней ответ на вопрос о корнях деловитого, предприимчивого, жизнестойкого московского характера.

Сергей Юрьевич Шокарев

Культурология / История / Образование и наука