Так называемый мирный договор с Бирмой, о котором возвестила прокламация генерал-губернатора Индии от 30 июня 1853 г. и по поводу которого королева поздравила парламент, на самом деле является только перемирием. Король Авы {Мендон. Ред.}, вынужденный к подчинению голодом, выразил желание прекратить военные действия, освободил английских пленных, попросил о снятии речной блокады и запретил своим войскам нападать на территории Мекадей и Тунгао, куда английское правительство ввело свои гарнизоны, подобно тому как турецкое правительство запретило своим войскам атаковать русские войска в Дунайских княжествах. Однако король Авы отказывается признать притязания Англии на Пегу или какую-либо другую часть Бирманской империи. Единственно, чего добилась Англия в войне с Бирмой, это установления подверженной опасности и спорной границы вместо надежной и признанной. Англия устремилась за этнографические, географические и политические пределы своих индийских владений, и теперь сама Небесная империя уже не составляет естественной преграды для ее завоевательных сил. Англия утратила свой центр тяжести в Азии, ее повлекло к беспредельным захватам. Она больше не в состоянии контролировать свои собственные движения и остановится лишь там, где кончается суша и начинается море. Таким образом, Англии суждено, по-видимому, открыть отдаленнейшие страны Востока для сношения с Западом, но не суждено овладеть ими и удержать их в своих руках.

Крупные забастовки углекопов в Южном Уэльсе не только продолжаются, но и вызвали новые забастовки среди рабочих, занятых в железных рудниках. Ожидается всеобщая забастовка британских моряков к моменту вступления в силу билля о торговом судоходстве, который разрешает набор иностранцев в судовые команды исключительно, как утверждают моряки, с целью понижения их заработной платы. Значение происходящих забастовок, на которое я не раз обращал внимание ваших читателей, начинает теперь понимать даже лондонская буржуазная пресса. Так, газета «Weekly Times»[261] в прошлую субботу отмечала:

«Отношения между работодателями и рабочими чрезвычайно обострились. По всей стране труд смело выступает против капитала, и можно с полной уверенностью утверждать, что вызванная этим борьба еще только начинается. Рабочий класс твердо решил испытать свои силы. В настоящий момент движение пока еще ограничивается рядом разрозненных стычек, но, судя по некоторым признакам, уже недалек день, когда эти разрозненные военные действия перерастут в систематический, всеобщий и объединенный поход против капитала».

Написано К. Марксом 23 августа 1853 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 3864, 5 сентября 1853 г.

Подпись: Карл Маркс

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

На русском языке полностью публикуется впервые

К. МАРКС

МИХАИЛ БАКУНИН

РЕДАКТОРУ ГАЗЕТЫ «MORNING ADVERTISER» Милостивый государь!

Гг. Герцен и Головин пожелали замешать выходившую в 1848 и 1849 гг. под моей редакцией «Neue Rheinische Zeitung» в полемику, которая происходит между ними и «Ф. М.» {Фрэнсисом Марксом. Ред.} по поводу Бакунина[262]. Они объявляют английской публике, что клевете на Бакунина было положено начало на столбцах этой газеты, которая-де даже осмелилась сослаться на свидетельство Жорж Санд. Меня нисколько не трогают инсинуации гг. Герцена и Головина. Но, так как это может содействовать разрешению спора, поднятого вокруг имени Михаила Бакунина, то позвольте мне установить, как фактически обстояло дело.

5 июля 1848 г. «Neue Rheinische Zeitung» получила из Парижа два письма: одно представляло собой оригинал корреспонденции агентства Гавас, другое было частной корреспонденцией, исходившей от польского эмигранта, совершенно не связанного с этим агентством; в обоих сообщениях утверждалось, что Жорж Санд имела в своем распоряжении документы, компрометирующие Бакунина, как человека, установившего в последнее время связи с русским правительством.

6 июля «Neue Rheinische Zeitung» опубликовала письмо своего парижского корреспондента {Эвербека. Ред.}.