Читаем Том 5. Драмы полностью

Кто знает, может быть…Послушай, Нина!.. я смешон, конечно,Тем, что люблю тебя так сильно, бесконечно,Как только может человек любить.И что за диво? у других на светеНадежд и целей миллион,У одного богатство есть в предмете,Другой в науки погружон,Тот добивается чинов, крестов — иль славы,Тот любит общество, забавы,Тот странствует, тому игра волнует кровь…Я странствовал, играл, был ветрен и трудился,Постиг друзей, коварную любовь,Чинов я не хотел, а славы не добился.Богат и без гроша был скукою томим.Везде я видел зло, и, гордый, перед нимНигде не преклонился.Всё, что осталось мне от жизни, это ты:Созданье слабое, но ангел красоты:Твоя любовь, улыбка, взор, дыханье…Я человек: пока они мои,Без них нет у меня ни счастья, ни души,Ни чувства, ни существованья!Но если я обманут… если яОбманут… если на груди моей змеяТак много дней была согрета, если точноЯ правду отгадал… и, лаской усыплен,С другим осмеян был заочно!Послушай, Нина… я рожденС душой кипучею, как лава,Покуда не растопится, твердаОна, как камень… но плоха забаваС ее потоком встретиться! тогда,Тогда не ожидай прощенья —Закона я на месть свою не призову,Но сам, без слез и сожаленья,Две наши жизни разорву!

(Хочет взять ее за руку; она отскакивает в сторону.)

Нина

Не подходи… о, как ты страшен!

Арбенин

Неужели?..Я страшен? нет, ты шутишь, я смешон!Да смейтесь, смейтесь же… зачем, достигнув цели,Бледнеть и трепетать? скорее, где же он,Любовник пламенный, игрушка маскерада;Пускай потешится, придет.Вы дали мне вкусить почти все муки адаИ этой лишь не достает.

Нина

Так вот какое подозренье.И этому всему виной один браслет;Поверьте, ваше поведеньеНе я одна, но осмеет весь свет!

Арбенин

Да! смейтесь надо мной вы, все глупцы земные,Беспечные, но жалкие мужья.Которых некогда обманывал и я,Которые меж тем живете, как святыеВ раю… увы!.. но ты мой рай,Небесный и земной… прощай!..Прощай, я знаю всё.

(Ей)

Прочь от меня, гиена.И думал я, глупец, что, тронута, с тоской,С раскаяньем во всем передо мнойОна откроется… упавши на колена?Да, я б смягчился, если б увидалОдну слезу… одну… нет! смех был мне ответом.

Нина

Не знаю, кто меня оклеветал,Но я прощаю вам; я не виновна в этом;Жалею, хоть помочь вам не могуИ чтоб утешить вас, конечно, не солгу.

Арбенин

О, замолчи… прошу тебя… довольно…

Нина

Но слушай… я невинна… пустьМеня накажет бог, послушай…

Арбенин

НаизустьЯ знаю всё, что скажешь ты.

Нина

Мне больноТвои упреки слушать… Я люблюТебя, Евгений.

Арбенин

Ну, по чести,Признанье в пору…

Нина

Выслушай, молю;О, боже, но чего ж ты хочешь?

Арбенин

Перейти на страницу:

Все книги серии Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений в 6 томах [1954-1957]

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия