Читаем Том 12 полностью

8 июня миновал ровно месяц с тех пор, как восставшие сипаи захватили Дели и провозГласили одного из Моголов [Бахадур-шаха II. Ред.] императором. Было бы, однако, нелепо думать, что повстанцы смогут удержать древнюю столицу Индии против вооруженных сил англичан. Укрепления Дели состоят лишь из стен и простого рва; между тем высоты, окружающие город и господствующие над ним, уже находятся в руках англичан, которые, даже не прибегая к разрушению стен артиллерийским огнем, могут в самый короткий срок легко принудить город к сдаче, лишив его водоснабжения. К тому же разнородная масса восставших солдат, которые перебили своих офицеров, сбросили с себя узы дисциплины и не смогли выдвинуть человека, на которого можно было бы возложить верховное командование, — такая масса менее всего способна организовать серьезное и длительное сопротивление. Как бы для того, чтобы еще более усугубить путаницу, пестрые ряды защитников Дели ежедневно пополняются притоком все новых и новых контингентов повстанцев со всех концов Бенгальского президентства, которые, словно по заранее разработанному плану, бросаются в обреченный город. Обе вылазки, на которые повстанцы отважились 30 и 31 мая, были отбиты с тяжелыми для них потерями и, очевидно, явились результатом скорее отчаяния, нежели уверенности в себе и сознания своей силы. Единственно, что вызывает удивление, — это медлительность действий англичан. хотя ее можно в известной мере объяснить ужасными климатическими условиями этого времени года и нехваткой транспортных средств. Помимо главнокомандующего, генерала Ансона, около 4000 солдат-европейцев, согласно французским сообщениям, уже пали жертвой убийственного зноя, и даже английские газеты признают, что в схватках под стенами Дели люди больше страдали от солнца, чем от неприятельских пуль. Вследствие скудости перевозочных средств главная группировка англичан, стоявшая в Амбале, потратила около двадцати семи дней на переход к Дели, двигаясь, таким образом, примерно по полтора часа в день. Дальнейшая задержка была вызвана отсутствием в Амбале тяжелой артиллерии и вследствие этого необходимостью доставить осадный парк из ближайшего арсенала, хотя он находился всего лишь в Пхиллауре, по другую сторону Сатледжа.

Несмотря на это, со дня на день можно ждать известия о падении Дели. Но что будет дальше? Хотя пребывание традиционного центра индийской империи в течение месяца в полной власти повстанцев, возможно, послужило сильнейшим ферментом брожения и привело к окончательному развалу бенгальской армии, к распространению восстания и дезертирству от Калькутты до Пенджаба на севере и до Раджпутаны на западе, а также поколебало английское господство от одного конца Индии до другого, все же было бы величайшей ошибкой предполагать, что падение Дели, хотя оно и может вызвать смятение в рядах сипаев, оказалось бы достаточным для того, чтобы потушить огонь восстания, локализовать его или восстановить британское владычество. Численность всей туземной бенгальской армии, — насчитывающей около 80000 человек и составленной приблизительно из 28000 раджпутов, 23000 брахманов[204], 13000 мусульман, 5000 индусов низших каст и в остальном из европейцев, — сократилась на 30000 человек вследствие восстания, дезертирства или увольнения со службы. Что касается остального состава этой армии, то несколько полков открыто заявили, что они останутся верными присяге и будут поддерживать британские власти, но не в том, чем в настоящее время занимаются туземные войска: они не будут помогать властям против повстанцев из туземных полков, а напротив, будут оказывать поддержку своим «бхаи» (братьям). Так они и поступали почти в каждом гарнизоне, начиная с Калькутты. В течение некоторого времени туземные полки оставались пассивными, но как только у них созревало убеждение, что они достаточно сильны, они восставали. Один индийский корреспондент лондонской газеты «Times» не оставляет никаких сомнений относительно «лояльности» полков, которые еще открыто не определили своей позиции, и туземного населения, которое пока еще не действует заодно с восставшими.

«Если вы читаете», — пишет он, — «о том, что все спокойно, понимайте это так, что туземные войска пока еще не подняли открытого мятежа, что недовольная часть населения пока еще не находится в состоянии открытого восстания, что они либо слишком слабы, либо считают себя слабыми, либо выжидают более подходящего момента. Когда вы читаете о «проявлениях лояльности» в каком-либо из бенгальских туземных полков, кавалерийских или пехотных, понимайте это так, что только половина этих полков, считающихся лояльными, действительно верна присяге; другая половина лишь притворяется, чтобы тем успешнее захватить европейцев врасплох, когда наступит подходящий момент, или чтобы, усыпив подозрения, с тем большей легкостью прийти на помощь своим мятежным товарищам».