Читаем Том 1 полностью

У Ташискари ночью, над Курой,Я тамада — и время не теряю!Луна и та согнулась в рог крутой,Рог, что я поднял, в небе повторяя.Ночь над столами листьями шуршитИ лампами мигает прямо с неба.Хозяйка, добрая душа, спешитПодать нам мяса, зелени и хлеба.В семье родился мальчик, первый внук.И старый плотовщик из АхалдабаГорд, что у сына сын, и все вокругПьют и толкуют, что давно пора бы!И я, я тоже рад тебе, малыш,Из-за тебя весь этот пир бессонный,Мой черноглазый камешек-голыш,Самой Курой на берег принесенный.Так хорошо, что хоть остановиМгновение, не пожалев об этом…А мать с отцом — как две строки любви,Срифмованных на зависть всем поэтам!Пусть ставят колыбель перед столом,Чтоб тост в горах гремел, как перестрелка:Мы песней ночь пробьем! И пулею пробьемЗакинутую под небо тарелку!

ДУБ

Плющ свисает с плеч ветвистых,Словно старая броня.— Дуб, тебе, наверно, триста?Как давно ты ждешь меня!Столько лет уже стоящийЗдесь, не пропустив ни дня,Прошлый ты и настоящий,Будущий, после меня.Ты, наверно, все на светеЗнаешь, стоя надо мной:Как мы рыбу ловим в сети,Как мы боремся с волной.Буду ждать я ПиросманиЗдесь в тени твоих ветвей.Он придет и на полянеСтол раскинет для гостей.Где — напишет во весь мах!Где — пошутит кисточкой.Хлеб положит, сыр чанахС красною редисочкой.Бурдючок, барашка, зелень —Щедрой кистью угостит,И меня в руке с форельюГде-то сбоку поместит.По картону черной ночиБлики бросит краской белей.И луну в ветвях упрочит,Чтоб всю ночь висела целой.Добрый синий лунный глазПрямо над столом зажжет,Чтобы ясно видел насТот, кто с нами вместе пьет.С пира каждый унесетПесенку прощальную,Ночь ее, как хлеб, даетНам в дорогу дальнюю.Мы на дуб наш поглядим,Бросим взгляд последний,Жаль, что он опять один —Друг наш трехсотлетний.Вот он ветками плечейПожимает мудро;Трезвый, утренний, ничей, —Утро — это утро.

АБХАЗСКАЯ ПЕСНЯ

Перейти на страницу:

Все книги серии К.М.Симонов. Собрание сочинений

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия