Читаем The Looting Machine полностью

Недоброкачественная жидкость, вытекавшая из шахты в водоемы вокруг Квамебуркрома и соседних деревень, была слишком разбавлена, чтобы представлять угрозу для жизни людей, но для водных обитателей все было не так благополучно. Вскоре после разлива воды компанией Newmont Гьяка и его коллеги-рыбаки обнаружили, что рыба в их прудах плавает брюхом вверх. Делегация из Newmont привезла в деревню чистую воду, хотя жители деревни вспоминали, что человек из службы безопасности не преминул прихватить с собой личный запас. Через шесть месяцев после разлива Newmont объявила, что выполнит приказ министерства охраны окружающей среды Ганы о выплате компенсации, хотя и подчеркнула, что правительственная комиссия, расследовавшая разлив, "не обнаружила никаких доказательств негативных последствий для жизни людей или имущества". Деньги будут распределены между "нуждами развития пострадавших общин" и двумя национальными регулирующими органами. Исходя из объемов производства на руднике Ахафо и цены на золото на момент заключения соглашения, Newmont потребовалось бы около трех с половиной дней, чтобы вернуть 4,9 миллиона долларов, которые она согласилась выплатить.

Когда я посетил этот район через месяц после разлива, слово "цианид" вошло в местный диалект тви, основного языка коренного населения Ганы. Кофи Гьяка сказал мне, что не доверяет эмиссару из Newmont, который приехал в деревню, чтобы заверить ее жителей в том, что вода безопасна. По его мнению, гибель компаний Skimpy и Don't Forget свидетельствует об обратном. В рваной рубашке и с аккуратными усами Гьяка показал мне пруд в деревне. Я спросил его, сколько рыбы погибло. Он выглядел суровым, а его маленькая дочь стыдливо выглядывала из-за его ноги. Много, - сказал он. Мы сели на земляной двор между хижинами деревни. Местный учитель, который сопровождал меня, переводил. Жить здесь совсем некомфортно, - сказал Гьяка. Мы бессильны".

Когда в 2005 году Международная финансовая корпорация объявила о намерении инвестировать в разработку рудника Ахафо компанией Newmont, ее рыночная капитализация - общая стоимость всех ее акций на Нью-Йоркской фондовой бирже - составляла 17,5 миллиарда долларов, что вдвое превышало размер экономики Ганы. Ее быстро растущий годовой доход составлял 4,5 миллиарда долларов, а прибыль в 434 миллиона долларов была получена от операций на четырех континентах, где добывалось 9 процентов всего золота, добываемого в мире. Только в одной концессии Ahafo находилось золота на сумму около 12 миллиардов долларов. В следующем году МФК одобрила кредит для рудника Ахафо в размере 75 миллионов долларов со своего собственного счета и организовала еще 50 миллионов долларов от коммерческих банков, включая Rothschild и Royal Bank of Scotland. Общий пакет составлял скромные 7 процентов от общей суммы долга Newmont в 1,9 миллиарда долларов.

Newmont имела хороший кредитный рейтинг и могла легко взять кредит в коммерческих банках без помощи МФК. Согласно уставу МФК, она не должна предоставлять займы компаниям, которые могут получить их на приемлемых условиях в других странах. Но с тех пор как в 1956 году она была создана как дополнение к Всемирному банку, ее роль расширилась. Движущей силой создания МФК был Роберт Л. Гарнер, банкир с Уолл-стрит. Всемирный банк и Международный валютный фонд, уполномоченные, соответственно, помогать в послевоенном восстановлении и обеспечивать стабильные валютные курсы, работали только с правительствами. Гарнер видел необходимость в многостороннем органе, который бы поддерживал частные инвестиции в слаборазвитые страны, которые традиционные финансисты считали чрезмерно рискованными. Я был твердо убежден, что наиболее перспективное будущее для менее развитых стран - это создание хорошей частной промышленности", - говорил Гарнер.