Читаем Теневые владыки полностью

«Он звонил мне всего за несколько часов до того, как утонул, – тихо всхлипывает Су Хан Ки. – Он рассказывал о том, как собирает моллюсков, как ненавидит эту работу и как плохо за нее платят. Он сказал, что получает по пять фунтов за мешок моллюсков, но ему придется работать и дальше, если мы хотим отработать внесенные деньги». «Гуо Бин Лон звонил своей жене, моей подруге, – продолжает Су. – Звонил с берега, когда они тонули. Он сказал ей: «Воды уже по грудь, начальники неправильно выбрали время. Я не смогу вернуться вовремя!» Когда вода смыкалась вокруг китайцев, он еще говорил.

Су, которой чуть больше тридцати лет, теперь воспитывает своих детей в двух комнатах сельского дома в двадцати минутах езды от Фукина. У нее нет электричества, есть только одноконфорочная газовая плита, а иногда ей достается работа посудомойки в местном ресторане. «Я все еще должна 300 тыс. юаней (40 тыс. долларов), с которых сейчас плачу проценты», – продолжает она. За нее цепляется перепуганная и грустная девятилетняя дочь. На ее флисовой кофте по-английски написано: «Друг, я по тебе скучаю».

И Су, и госпожа Лин, муж которой тоже утонул, оправдывают «змееголовых», которые переправляли на работу их мужей. «Это просто закон спроса и предложения, – сухо говорит госпожа Лин. – Наши мужья и двоюродные братья хотели поехать в Англию, и те оказали им такую услугу». Женщины настаивают, что «змееголовый» – или «босс», как они его тут называют, – потребовал деньги лишь тогда, когда их мужчины подтвердили, что прибыли в Европу, в Великобританию. Но мне показалось, что, когда я спросил их, не связывались ли они с «боссом» после несчастного случая, они отнекивались слишком уж энергично. «Я никогда с ним не встречалась. Я никогда не видела его, – нервно сказал Су. – Я знаю только номер его банковского счета, и после того, как я ему заплатила, я с ним никак не общалась». Я уверен, что две эти женщины что-то скрывают, опасаясь мести, которая последует, если об этом «змееголовом» станет известно слишком многое.

Су Хан Ки и ее дочь – жертвы шторма глобализации.

Госпожа Лин случайно рассказала о том, как контрабандисты угрожали ее мужу насилием, если тот пожалуется на дурное обращение. «Змееголовые» регулярно применяют насилие к клиентам, которые им не платят. У большинства из них есть сообщники, живущие в Чайнатаунах всего мира, которые применят силу, если будет нужно. Путешествия за границу в лучшем случае выглядят неудобными, неопределенными и пугающими. В худшем случае они смертельно опасны. «Змееголовые» вовсе не добряки – они участвуют в операциях организованной преступности. Тем не менее мигранты, которых они доставляют контрабандой, чаще являются их клиентами, чем жертвами.

Они не намерены выплачивать какие-либо компенсации своим клиентам, если все кончается так же скверно, как в заливе Моркам. Обе вдовы, госпожа Су и госпожа Лин, отчаянно цепляются за совершенно небывалое предположение: будто бы британское правительство выплатит им компенсацию, и они смогут избежать нищего, полуголодного существования, на которое их обрекает уплата долгов. Их кредиторы отказываются верить, что Лондон не выплатил женщинам никаких компенсаций. На самом же деле обе они давно потеряли надежду – обломки кораблекрушения в бурных морях глобализации и преступности.

Джеймс Б. Коми, прокурор южного округа Нью-Йорка, и Дуан Даки, сотрудник по связям с общественностью Министерства государственной безопасности Китайской Народной Республики, выступили сегодня с таким заявлением: федеральным судом в Манхеттене были осуждены 25 обвиняемых, являвшихся членами крупной организации торговцев героином. С 2000-го по текущий год они ввезли в США героина из Юго-Восточной Азии на сумму свыше 100 млн. долларов. В настоящее время в США и других странах арестовано еще 20 человек…

Совместное заявление, сделанное Коми и Даки в мае 2003 года, прозвучало триумфально. Они арестовали четырех главных боссов «Банды 125», известных среди героиновых контрабандистов как «Неприкасаемые». Прозвище этой четверки было не просто иронической аллюзией на команду Эллиота Несса, который покончил с Аль Капоне. «Неприкасаемый номер один», Вон Кин-Чон, хвастался, что их никогда не поймают. «Неприкасаемые» были мозгом «Банды 125», получившей свое название из-за внушительного веса толстого и приземистого господина Вона – 125 килограммов. В поле зрения американских правоохранительных структур Вон впервые попал в 1989 году, поскольку участвовал в сети распространителей наркотиков, протянувшейся из манхэттенского Чайнатауна. Он был арестован и осужден, получил четыре года тюрьмы, а когда в 1994 году он отсидел свой срок, его выдворили в Китай.