Читаем Теневые владыки полностью

Появление в самом Китае и вокруг его границ вооруженных группировок, разумеется, угрожает подорвать монополию государства на применение насилия, поэтому власти относятся к этому со всей серьезностью. Возможно, именно это Пекин держал в уме, когда в 2000 году согласился на создание первой совместной организации на основе американского Управления по борьбе с наркотиками и китайского Бюро государственной безопасности. Китайцы уже давно полны подозрений в отношении внешних сил, и эти подозрения лишь усилились, когда в XIX—XX веках Китай стал главной жертвой их империализма и колониализма. Поэтому то, что Пекин санкционировал создание совместной специальной полицейской группы, которая позволяла агентам УБН действовать на китайской земле, стало весьма красноречивым решением, символизирующим углубление отношений Китая с внешним миром. После того как осведомитель УБН, работавший в манхэттенском Чайнатауне, сообщил своему куратору, что «Банда 125» собирается ввезти на Восточное побережье США героин из Фучжоу, началась операция «Огни большого города». После проведения операции, занявшей два полных года и проходившей не только в Китае, Гонконге и США, но и в Индии, федеральное правительство было, разумеется, очень довольно, что арест «Неприкасаемых» и «Банды 125» во главе с Вон Кин Чоном прошел при беспрецедентном сотрудничестве между УБН, ФБР, Бюро по исполнению иммиграционных и таможенных законов и Департаментом полиции Нью-Йорка совместно с Китайской Народной Республикой и Особым административным регионом Гонконг. Эта операция является первым в истории скоординированным ударом по уничтожению силами Соединенных Штатов, КНР и Гонконга организации, занимающейся наркотрафиком.

Одним из тех, кто попался 16 мая 2003 года при «фучжоуской облаве», был Чен Кай собственной персоной, «богатейший человек в Фучжоу». Он был арестован по подозрению в отмывании для Вона денег, полученных от продажи наркотиков. Для внешнего мира арест Чена особого значения не имел – он был лишь никому не известным оружием «Банды 125». Однако в самом Фучжоу эта весть вызвала панику в местной администрации. Вместе со своим пожилым сообщником Су Конгроном, бывшим милицейским начальником и главным покровителем, Чен бежал из Китая в Соединенные Штаты, где они поспешили раствориться среди фуцзянцев Нью-Йорка.

Очень скоро центр тяжести в расследовании дела Чена переместился с наркотиков на коррупцию. Главные заправилы криминально-политических альянсов в Китае неизменно удостаиваются зависти и враждебной неприязни, особенно среди тех бюрократов, которых они не допустили в свою систему. Однако доносчики встречаются в Китае весьма редко: разоблачение коррупции – занятие очень опасное. В прошлом борцы с коррупцией нередко теряли должности, публично унижались, а то и заключались в тюрьму – поскольку для успеха необходимо заручиться вниманием и поддержкой чиновника, более влиятельного, чем тот, которого вы пытаетесь заклеймить (а это означало необходимость искать влиятельное лицо в Пекине). Главное здесь – дождаться того момента, когда криминально-политический альянс окажется по-настоящему уязвимым. Когда Чен Кая арестовали, некоторые особенно сообразительные чиновники немедленно сообщили в Пекин, что дело зашло куда дальше отмывания денег. «Когда Чен Кая арестовали, – объяснял бизнесмен из Фучжоу, потягивающий чай, – его враги в Фучжоу очень быстро поставили обо всем в известность Дисциплинарный комитет Партии».

Началась чистка: восемь высокопоставленных чиновников оказались под домашним арестом; был среди них и Сон Ли Чен, заместитель партийного руководителя Фучжоу. К концу декабря еще 17 чиновников были допрошены, после чего обвинены в коррупции. С тех пор прошло два года, «а мы до сих пор слышим о том, что кого-то арестовали, – рассказывал бизнесмен. – Было арестовано так много людей, что мы уже перестали считать и больше не замечали арестов».

Система прогнила настолько глубоко, что председатель КНР Ху Цзиньтао, самый могущественный человек в стране, в апреле 2004 года лично распорядился направить в Фучжоу 30 следователей. Председатель КНР попросил также, чтобы ему докладывали обо всех новых поворотах в деле Чен Кая. Команда из Пекина начала свою работу с того, что сместила с должности самого старшего чиновника антикоррупционного ведомства Фучжоу (который, как утверждали, обзавелся квартирой в роскошном жилом комплексе Чена «Триумфальный Сад»).