Читаем Тень за окном полностью

Боксон не знал, кто такой Габриэл. Он молча вынул из кармана пачку полученных от Мигеля Одоссо денег и отсчитал несколько купюр. Миссис Эволи смотрела на доллары спокойно — у местных жильцов иногда случались эпизоды удачи, и тогда они также небрежно демонстрировали свое богатство. Потом их выбрасывали на улицу за просрочку квартплаты…

— Скажите, миссис Эволи, — продолжил разговор Боксон, доставая фотографию Стеллы Менкевич, — среди ваших жильцов вы не встречали эту девушку?

— Ты полицейский? — не глядя на фото, спросила миссис Эволи.

— Нет, мэм, я, скорее, друг семьи. Так как — встречали?

Миссис Эволи внимательно посмотрела на фотографию. На её лице отражалось полнейшее безразличие.

— Всех не упомнишь… Этих девок вокруг — стаями ходят… Нет, не припоминаю.

— Хорошо. — Боксон убрал фотографию в карман. — Тогда следующий вопрос: не было ли среди ваших жильцов француза. Его имя — Жозеф Моранто. Тоже не припоминаете?

— Ты — частный детектив? — спросила в ответ миссис Эволи.

— Нет, я не полицейский и не частный детектив, я просто ищу этих людей. И если вы их встречали, то почему бы вам мне об этом не рассказать?

— А почему бы тебе не убраться к черту? — миссис Эволи иногда не выбирала выражений.

— Как же я уберусь, если я уже заплатил за неделю вперед? — почти неподдельно удивился Боксон. — Мэм, если с вашей помощью я найду этих людей, то крупное вознаграждение вам обеспечено. Особенно за француза. Так как встречали?

— Покажи фотографию! — потребовала миссис Эволи.

— Вот, взгляните, ещё у него есть точная особая примета — он говорит с сильным французским акцентом. У вас был такой жилец?

Миссис Эволи засмеялась:

— Парень, в этом доме половина вообще не говорит по-английски, а другая половина говорит с акцентом. Нет, с такой особой приметой ты найдешь его только где-нибудь на Аляске — там из иностранцев одни эскимосы, другим там холодно. Какие ещё есть приметы?

— Ниже меня ростом, на вид — лет двадцать-двадцать пять, развитая мускулатура — он занимался культуризмом… Других примет нет.

— С такими приметами ты будешь искать его до скончания века. С чего ты взял, что искать его следует здесь?

— Была от него открытка месяц назад, он писал, что остановился в районе Хэйт-Эшберри…

— Месяц назад! Так он уже, наверное, от передозировки помер!..

— Тогда я должен увидеть его труп. Даже если для этого придется раскопать его могилу…

3

Боксон стоял возле стены, увешанной фотографиями и записками. «Зов предков» — было намалевано наверху красной краской.

На фотографиях улыбались молодые лица. Иногда попадались семейные портреты — счастливые, улыбающиеся американские семьи.

Сотни фотографий, сотни записок.

«Интересно, кто-нибудь нашел таким образом потерявшегося ребенка?» — подумал Боксон. И ответил себе: «Наверняка, ведь хоть кому-то это удалось».

Вероятность отыскания среди тысяч хиппи района Хэйт-Эшберри бывшего парижанина Жозефа Моранто оказалась столь мала, что Боксон захотел немедленно отправиться в обратный путь. Но вернулся к прежнему решению — искать до тех пор, пока есть деньги. И даже тогда, когда денег уже не будет.

Гарри Хилкерт стоял на прежнем месте, позировал туристам.

— Как нынче бизнес? — спросил подошедший к нему Боксон.

— Могло быть и лучше. Устроился?

— Да, спасибо за адрес. — Боксон возвратил визитку. — Гарри, как ты думаешь, часто родители отыскивают своих детей с помощью фотографий на стене?

— Иногда бывает. Ты боишься, что тебя тоже будут искать?

— Я сам ищу. Взгляни на фото — эту девчонку когда-нибудь видел?

Хилкерт с деланным равнодушием посмотрел на фотографию.

— Не припоминаю. Здесь таких тысячи. Знаю тут одного, он помогает искать. Она тебе кто?

— Совсем никто, просто по дороге попросили, если встречу — дать знать… А сам я ищу парня, Жозеф Моранто, француз… Не встречал такого?

— Покажи фото.

— Пожалуйста, но оно из его прошлой жизни. Он говорит с сильным французским акцентом. Попадался тебе такой?

Хилкерт пожал плечами.

— Разные тут бродят… Надо тебе людей поспрашивать…

— Где мне найти того парня, который помогает искать пропавших? — спросил Боксон.

— Здесь недалеко… Но он берет деньги за информацию. Ты как, заплатить сможешь?

— За хорошую информацию — я его озолочу. За вранье — сломаю обе руки. Его такие условия устроят?