Читаем Тень маски полностью

Пытались со мной и без всяких писем пообщаться, но охранники у двери были проинструктированы и всегда давали один ответ: господин отдыхает после перелета. Я им, конечно, сообщил фамилии людей, которых не стоит динамить, но, как и ожидалось, серьезные роды́ беспокоить меня не стали. Пока что. Собственно, самыми первыми из более-менее именитых родов, с кем я пообщался, были Голицыны. Да и то это произошло с моей подачи. Все-таки от них в какой-то мере зависело мое спокойствие. Да и в будущем, если меня опять занесет в Россию, лучше иметь хорошие отношения с теми, кто заведует местом твоего проживания, а если с Голицыными я сойдусь, то останавливаться буду именно у них.

— Прошу прощения, Виктор Антонович, — подошел я к гладко выбритому брюнету в костюме-тройке. — Аматэру Синдзи. Не уделите мне пару минут? — кивнул я за спину, намекая на стоящие позади столики.

Находились мы в баре отеля, у самой стойки. Виктор, сорокаоднолетний мужчина, был вторым сыном брата главы клана и занимал пост начальника отдела по связям с общественностью. Что он делал здесь, я мог только догадываться, но в принципе мне было плевать, с кем из Голицыных налаживать контакт. Точнее, через кого из них.

— Хм, — бросил он взгляд на наручные часы. — Почему бы и нет? Нечасто удается поговорить с представителем столь древнего рода.

Интересно, он реально тут случайно оказался? Если честно, я думал, что неподалеку от меня будет крутиться кто-нибудь из отдела его отца, может, даже сам Антон Сергеевич. А он, если что, глава дипломатов клана.

Пересказывать разговор я не буду, он, по сути, был ни о чем. Просто прощупывали почву для дальнейшего взаимодействия. Спешить Виктору было некуда, я как бы сам, подойдя к нему, указал на свою заинтересованность его кланом. Парнем Виктор был умным и форсировать наши отношения не стал.

Весь оставшийся день я изображал туриста, колеся по Питеру и посещая знаковые для этого города места. Сам Питер, если что, построил не Петр Первый, которого в этом мире не было… или был, но не засветился в истории, а император Борис Рюрикович. А назвал он его так в честь своего младшего сына, погибшего в одной из стычек с поляками. Королевская династия в Польше после этого в очередной раз сменилась. Как и в моем прежнем мире, Питер считается культурной столицей России, так что посмотреть здесь есть на что. В целом же город… не такой, каким я его помню. Не могу конкретизировать, просто не такой. Немного другая архитектура, другие названия улиц. Петропавловская крепость есть, и даже на том же месте, только называется по-другому и выглядит иначе. Схематично город вроде бы тот же… а вроде и нет. Храм Спаса на Крови есть, и стоит там же, и называется так же, но в прямой видимости от него, метрах в трехстах, стоит Перунов храм, примерно такой же по размерам, как храм Спаса на Крови. В учебниках истории пишут, что расположение этих храмов — знак примирения после трехсотлетней войны язычества и христианства на Руси. Да, блин, тут даже форма прислуги была национальная, а не как в моем прежнем мире — кто во что горазд. Ну, кстати, прикольно — девушки в сарафанах и белых бумажных кокошниках выглядели отлично. Особенно если волосы в косу заплетали. Хотя это, конечно, вкусовщина.

Однако в целом — тоскливо. Вроде и Россия, да только не моя.

Не обошлось и без инцидентов. Девушка-экскурсовод в одном из музеев, в котором я был, приняла меня за бурята, а потом долго извинялась. Райт со Святовым после этого долго ухмылялись. Святов даже прикольнулся насчет боевого бурята. А вот мне было не смешно. Не люблю бурятов. Ничего не имею против их нации, но вот общаться с ними не тянет. А все из-за Джона Ли, урожденного бурята, эмигрировавшего в детстве вместе с семьей в Штаты и взявшего новое имя и фамилию, когда пошел в их армию. Где и стал ганфайтером. Дорос до первого класса, что аналогично нашему Абсолюту, и пошел по пути Тени. Этот урод немало крови мне попортил. Несколько раз я его почти доставал, но тот постоянно умудрялся уйти из-под носа. Да этот ушлепок — единственный на моей памяти, кто даже импульс смерти подделывать мог! Такая он, блин, бесячья личность… Так что к этой национальности у меня отношение простое — держаться от них подальше, дабы не сорваться, а если что, бить сразу в голову. Без головы даже… эти не живут.

Да, я, можно сказать, бурятофоб, и что? У всех свои недостатки.

— Сразу видно, не сталкивался ты с этими узкоглазыми гандонами, — буркнул я.

Святов от моих слов аж поперхнулся от неожиданности.

— Да черт подери, — произнес удивленный Райт, — где ты с бурятами-то успел поссориться?

— О, смотри, пельменная. Пойдем глянем, — не стал я отвечать на его вопрос.

— Я теперь уже даже и не знаю, у кого из нас с тобой жизнь забавней, — услышал я голос Райта за спиной.

* * *