Читаем Телевизор (июль 2008) полностью

- Когда началась Гражданская война, я получил от своих товарищей-офицеров письмо, что они едут на юг, где организуется армия. Мой товарищ, с которым мы в одном эскадроне служили, тоже уехал туда. Одновременно началась мобилизация офицеров в Красную армию. До этого я был один раз арестован, неделю просидел, выпустили. А тут мобилизовали в Красную армию и направили в Саратов, на Юго-Восточный фронт. Приехал в Саратов - и меня назначают командиром конной бригады. Я говорю, что бригадой никогда не командовал, а сейчас плохо себя чувствую. Как-то отговорился. «Что с вами делать? - говорят. - У вас конский запас есть? Пошлите меня туда, я лошадей люблю». Меня послали. Пока я там был несколько месяцев, там прошло около 40 тысяч лошадей, из них вышли живыми, из запаса конского, тысячи две, которых мы отпустили в разные части. А остальные умирали, потому что не было корма. Ездили на острова, косили прутья ивовые, кормили. Маленькую дозу удалось добыть только после скандала. Я ездил в штаб Юго-Восточного фронта и устроил скандал, и мне немного овса удалось добыть. Я вспоминаю случай, что солдат нес овес в котелке, лошадь бросилась на этот котелок так, что ему откусила пальцы. Такая голодная была. Я вижу, как лошади падают, каждый день десятками трупы лошадей вывозят на мыльный завод. И я решил удрать. Как раз формировался минометно-артиллерийский дивизион из бывших офицеров, командир дивизиона тоже из бывших офицеров. И я к ним смылся. Там было пять батарей, две батареи были очень ценные, они только что прибыли из Франции в Мурманск - минометы Батиньола. Это 420-миллиметровые, страшной силы минометы.

- Значит, они были посланы французами, но попали в Красную армию?

- Когда Юденич наступал на Петроград, нас повезли туда. А у нас было между офицерами сговорено, что мы там дадим пить кому надо. И мы надеялись на весь солдатский состав, они были очень хорошие крестьяне, они видели, куда крестьян ведет эта власть. И в первый же день, когда мы выехали из Саратова, когда мы погрузились, то пропали все политруки, и комиссар пропал. Мы спрашиваем солдат: «Где они?» - «А мы им сказали, что если они рыпаться начнут, мы их сбросим с поезда».

- А солдаты были откуда?

- Это были мобилизованные бывшие солдаты - саратовские, сердобольские.

- Как эти солдаты относились к мобилизации? Ведь, как правило, они дезертировали потому, что не хотели продолжения войны, а тут опять какая-то война, какая-то мобилизация.

- Когда мы прибыли на станцию Грязи, то там увидели десятки эшелонов, полные красными транспарантами, флагами, на паровозах написано: «Смерть белобандитам - Юденичу и Деникину». Наши солдаты слезали с эшелонов, срывали красные флаги и кричали им: «Вы, сволочи».

- А дальше вы участвовали в войне?

- Боевая служба кончилась, я потом в Москву уехал и поступил на кавалерийские курсы. А потом оттуда смылся, меня назначили командиром эскадрона и отправили в Крым, там восстание было. Это в 1921 году.

- После окончания Гражданской войны на юге России?

- Да. Это было восстание татар в Крыму. А еще до того я поступил на предварительные курсы Лесотехнического института. Так как прошло много лет, я забыл все, что в гимназии учил, и там повторяли математику, физику, химию. Вечерами я ходил туда заниматься. И реввоенсовет издал приказ: кто имеет менее четырех зачетов - тех из армии немедленно увольнять. У меня были зачеты, но не институтские. Но мне сказали: вы не беспокойтесь, мы напишем, что у вас какие надо.

- Вы все же бывший офицер, политические взгляды были у вас твердые. Какие же взаимоотношения были у вас с комиссарами, когда вам приходилось служить в Красной армии?