Читаем Тарси полностью

Фануй поднялся, стараясь держаться с достоинством. На боку у нага находился меч в черных ножнах. Он даже не прикоснулся к оружию. Много чести вынимать меч для такого сопляка… Предпочел отстегать, как щенка нашкодившего, да и то даже не приложил толком ни разу. Фануй почувствовал, как бессильное бешенство подкатывает к горлу. Посмеивались селяне, все же предпочитая держаться подальше.

– Посмотри мне в глаза.

Фануй повиновался изо всех сил, но хватило их ненадолго. Дернул подбородком, стал смотреть поверх плеча нага.

– А теперь, чтоб духу твоего рядом не было.

– Чаньунь, ты что, охраной решил обзавестись? – осведомилась она, разматывая шарф.

– О чем ты? – не понял жун.

…Фануй всю ночь простоял столбом на зимнем ветру, сжимая в руке копье. Арэнкин на рассвете вышел из землянки и направился к своим воинам в общинный дом. Он и не посмотрел на закоченевшего парня. Фануй не старался привлечь внимание. Он просто молча смотрел в одну точку. Целый день он прыгал на месте, растирал пальцы друг об друга, отжимался от утоптанного снега, согласившись только на чашку чая, настойчиво предложенную Линой.

Возвращаясь после дневной разведки, Арэнкин вновь прошел мимо него, как мимо пустого места. Надвигалась метель. Ветер гулял вокруг селения, крадучись обходил его, кружил, точно хотел загнать в ловушку. Селяне ярче разжигали огни и старались держаться ближе друг к другу. Вой ветра напоминал о вое нежити.

Фануй не сходил с места. Упорство юноши соперничало с холодом. Он старался не смотреть на искры, вылетающие из входа в теплую землянку и мягко светящиеся просветы в крыше. Он был упрям. Вот уютный свет чуть приугас. Фануй прислонился спиной к столбу, скрестил руки на груди. Потом от нечего делать взял лопату и принялся разгребать снег возле подземного входа, которым Чаньунь почти никогда не пользовался.

Вдруг что-то прошуршало за землянкой, будто кто-то осторожно пробирался по глубокому снегу, не желая, чтобы его заметили. Затем шорох стал более внятным. Фануй поднял голову и увидел темную фигуру, которая ползла по крыше.

– Эй, кто там?! – крикнул он.

Фигура затаилась, распласталась по скату. Фануй подобрал камень и швырнул. Но фигура вместо того, чтобы отозваться или задать стрекача, внезапно скользнула к дымоходу. Не раздумывая, Фануй нырнул в подземный вход.

– Проснитесь! – закричал он, сообразив, что его голос достигнет цели быстрее, чем он сам. – Вор!

Все последующее произошло за несколько мгновений. Смуглая тень спрыгнула на земляной пол и метнулась к нарам. Разбуженный криком Фануя Арэнкин вскочил как раз вовремя для того, чтобы перехватить протянутые руки на пути к лицу Елены. Девушка закричала и пнула неизвестное тело, куда пришлось. Арэнкин схватил его за шиворот и прижал к стене, только ноги заболтались.

– Что произошло? – воскликнул Чаньунь, выбегая из своего угла.

В ужасе завизжала Лина, увидев на полу мертвое тело. Кровь впитывалась в земляной пол.

– Его можно было допросить… – с трудом сказала Елена.

– Нельзя, – бросил Арэнкин и раздвинул ножом губы мертвеца. – У него вырезан язык. Если б он умел говорить, то заговорил бы сразу, могу поклясться.

Мертвец был смуглый, кожа сплошь покрыта геометрическими татуировками от кистей рук до бритого черепа. Тело замотано в грязно-белые одежды, Ноги, несмотря на зиму, босые.

– Когда ты его увидел? – спросил Арэнкин.

– Он уже полз по крыше, – ответил Фануй. – Откуда пришел, не знаю…

Руки мертвеца были сжаты в кулаки. Ему разогнули пальцы, и на земляной пол выпал маленький халцедоновый пузырек с иглой на конце. Арэнкин двумя пальцами поднес пузырек к глазам.

– Потрясающий ход, – тихо сказал он с отвращением.

– Что это? – спросила Елена.