Читаем Тарси полностью

Тарси

– Я хочу говорить с вождем нагов! – гордо сказал парень, глядя при этом на дощатую стену.

– Подождешь! Не видишь, мы заняты!

– Постой, – остановил жуна Арэнкин. – Что тебе, парень?

Фануй переступил с ноги на ногу, кашлянул и решительно подошел к Арэнкину.

– Господин… – начал он и запнулся, смолк.

– Ну? – прошипел Арэнкин.

– Я пришел с просьбой. Возьмите меня с собой на Север! – единым духом выпалил Фануй, вскидывая голову. – Я хочу обучаться…

– Чему? – спокойно спросил наг.

– Тому же, чему учатся мои братья! Я хочу уметь защищать наш дом! – щеки Фануя, и без того красные с мороза, запылали еще сильнее.

– Тебе должно быть известно, – медленно проговорил Арэнкин, – что мы не обучаем людей. Вы намного слабее вазашков.

– Господин! Я сильный, я тренировался! Ценьан погиб, вместе с ним погибли и другие защитники! Я не могу сидеть, сложа руки! Я желаю…я должен сражаться не только топорами да камнями!

– Повторяю, людям нечего у нас делать. Ты не выдержишь. Разговор окончен.

– Но…

– Убирайся прочь.

Фануй поколебался, и, делать нечего, вышел. Хлопнула дверь. Шахига проводил его взглядом.

– Не слишком ли резко, Арэнкин?

– Не слишком. Если он достаточно умен, то это на пользу. Вернемся к делам.

Вечером Арэнкин поднимался от речной полыньи. Вдруг позади него метнулась еле заметная тень. Не успев сделать лишний шаг, Фануй уже летел вверх тормашками в сугроб. В другую сторону отлетел его нож.

– Похвально, – послышался голос сквозь забившийся в уши снег. – Наглость не самое плохое качество.

Фануй выбрался из сугроба и тут же плюхнулся обратно, инстинктивно уклоняясь от резкого свиста. Тонкий кончик кнута обжег его шею, едва не задев кадык.

– Встань!

Вокруг начали собираться любопытствующие селяне.Фануй с горящими ушами снова начал подниматься. Ему показалось, что рука нага дрогнула, предвещая новый удар. Парень кувыркнулся набок, бросился плашмя в снег. Вынимать из-за пояса топор было некогда, но тут под руку попались невесть кем брошенные вилы. Фануй схватил их. И только когда обернулся, понял, что наг при желании мог бы уже не единожды сделать из него домашнюю лапшу. Но Арэнкин просто наблюдал, почти равнодушно. Черная змея извилистой волной лежала на снегу. Отступать было некуда. Крадучись, Фануй стал подбираться к нагу. Выбрал момент и молнией ринулся, наметился вбок, но в последний миг ударил точно вперед. Инструмент вылетел из рук, точно тростинка, обвитая гибкими кольцами, и упал в снег, Фануй скривился от боли и схватился за руку. На пальцах вспухла багровая полоса.Арэнкин стоял, совершенно недвижимый. Фануй потянулся за топором, и тут кнут просвистел в пальце над его головой. Парень не успел удивиться, когда это он успел присесть, как кнут почти коснулся его щиколоток, и тело само собой подпрыгнуло. И кое-как увернулся от косого удара сверху. Затем снизу.Наг выдержанно, в едином ритме наносил удар за ударом, пока, наконец, Фануй не выдохся и не оступился, упал наземь. Тонкая и смертоносная кожа коснулась его подбородка, задержалась на несколько мгновений и ускользнула. Сдерживая одышку, Фануй упрямо сжал губы и посмотрел нагу в лицо. Не выдержал, дернул глазами.Кожаная змея послушно скрутилась в кольца.

– Встань! – спокойно повторил Арэнкин.

Перейти на страницу: