Читаем Table-Talks на Ордынке полностью

— Вот перед нами лежит наш замечательный композитор товарищ Вельбушевич… А ведь он мог бы еще жить, мог бы радовать нас своей музыкой… Вот, говорят, попугай живет триста лет… А на хер он кому нужен, попугай?..

После этих слов в помещении остались лишь гроб и оратор — все прочие участники траурной церемонии выбежали, давясь от смеха.

На похоронах кинорежиссера Васильева министр С. В. Кафтанов начал свою надгробную речь такими словами:

— Пользуюсь случаем, чтобы…

На похоронах композитора Чемберджи присутствовал поэт Виссарион Саянов. Это был человек совсем небольшого роста, внешности довольно комической и к тому же постоянно нетрезвый. На кладбище он попросил слова, начал надгробную речь, но тут его качнуло, и он свалился в разверстую могилу. По причине опьянения и малого роста Саянов никак не мог выбраться из ямы и при том бормотал:

— Я сейчас… Я сейчас… Свидетели говорили, что в этот момент даже вдова покойного улыбнулась.

Происходили похороны одной из преподавательниц английского языка, которая работала на филологическом факультете Московского университета. На кладбище слово взяла заведующая кафедрой, профессор О. С. Ахманова. Она сказала:

— Мы сегодня хороним Софью Степановну Петрову. На нашей кафедре она была лучшим специалистом по английским глаголам. Английские глаголы делятся на…

Тут последовала двадцатиминутная лекция о глаголах, после чего тело было предано земле.

На Ваганьковском кладбище хоронили актера и режиссера Давида Гутмана. Среди провожавших его в последний путь был знаменитый исполнитель роли Чапаева — артист Борис Бабочкин.

Ваганьково в своем роде «фабрика смерти», гробы туда доставляются в большом количестве. Затем они выставляются в ряд возле входа на кладбище пока в конторе выправляют бумаги.

И вот, стоя возле этого печального ряда, Борис Бабочкин задумался о бренности всего земного… Вдруг он увидел, что гроб его друга Гутмана берут какие-то незнакомые люди и хотят нести.

— Вы куда его несете? — спросил артист.

— В церковь, — говорят, — отпевать…

— Вы с ума сошли! В какую церковь? — удивился Бабочкин. — Ведь он был еврей…

— Это мой папа был еврей?! — возмутился какой-то человек и полез на артиста с кулаками.

К счастью недоразумение быстро разрешилось. Оказалось, что Бабочкин в задумчивости перепутал гробы — гутмановский стоял рядом, и его никто не трогал…

В пятидесятых годах умер один из московских актеров. Гроб привезли в крематорий, но там, как назло, скопилось много покойников, и мероприятие грозило сильно затянуться. Тогда приятели покойного артиста решились пойти к администратору, представиться и сказать, что они спешат в театр на репетицию, и таким образом попытаться ускорить дело. Но этот их маневр заметили те, кто сопровождал прочих покойников, и они тоже поспешили к администратору, громко выражая свое возмущение. Тогда служащий крематория успокоил разволновавшуюся публику такими словами:

— Товарищи, не волнуйтесь! Кремировать будем в порядке живой очереди!..

Когда умер композитор Арам Хачатурян у властей Армении возникла идея похоронить его в центре Еревана. Однако же, кто-то решился спросить благословения на то у католикоса Вазгена. Иерарх высказал такую мысль:

— Я высоко чту великого сына армянского народа — Арама Хачатуряна… Но насколько мне известно, вне кладбищ хоронят только самоубийц и преступников.

В самом начале войны, во время бегства Красной армии один из полков вошел в маленький городок. Надо было срочно накормить солдат и двигаться дальше. Офицеры нашли продовольственный склад, сбили с него замки, и тут выяснилось, что в этом помещении хранятся только бочки с черной икрой больше никакой провизии нет, и тут каждому бойцу выдали по целому котелку черной икры. Простой деревенский паренек, который никогда в жизни этого лакомства не пробовал, отошел со своим котелком в сторону и всердцах произнес:

— Война еще только началась, а уже каким дерьмом кормят!..

В журналистском мире весьма колоритной фигурой был фотокорреспондент «Правды» Василий Темин. Это был человек циничный, горький пьяница, но при том — «жестокий профессионал». Об этом, в частности, свидетельствует такая история.

Как известно, первая существенная победа во Второй Мировой войне была увенчана отступлением немцев от Москвы. Происходило это зимой, во время сильных морозов. Двигаясь с нашими частями по следу отступающих немцев, Темин обратил внимание на то, что в некоторых живописных и вполне пригодных для фотографирования местах для полноты картины не хватает вражеских трупов. А в иных местах этих трупов много, но там эффектных кадров снять невозможно. Так как в его распоряжении был небольшой грузовик, Темин погрузил в кузов десятка два убитых немцев и возил их с собою. Благо, повторяю, были сильные морозы. И вот когда фотограф находил подходящий пейзаж — разрушенные дома, подбитые танки и пр., он с помощью солдат раскладывал вражеские трупы, создавая «фотокомпозиции».