Читаем Сын Человеческий полностью

то касается орфографии, то в данной работе она многовариантна. В цитатах я, как правило, сохраняю орфографию первоисточника. Сохранены также мною и некоторые особенности церковной орфографии: написание слова Бог с прописной буквы; особенности написания этого слова в косвенных падежах (напр., Божиего вместо божьего); написание некоторых форм местоимений, относящихся к Богу или Иисусу, с прописной буквы. Также практикуется мною написание с прописной буквы тех слов, которые в первоисточнике обычно имеют определенный артикль: Храм [Иерусалимский], Закон [Моисеев] и пр. Имена собственные, как правило, приводятся мною в нескольких вариантах: в традиционном русском, в греческом и в еврейском (если это слово семитского происхождения), причем в греческом варианте я придерживаюсь транслитерации по системе произношения Эразма Роттердамского (а не по системе Рейхлина, которой придерживается Восточная Церковь), а в еврейском варианте я отдаю предпочтение древней, до-спирантной, транслитерации (а не смычно-спирантной, которой придерживается современный иврит и Синагога). Некоторые еврейские дифтонги передаются мною одной буквой, например: [йа] (R) я (Яхве вместо Йахве), [йэ] (R) е (Ешуа вместо Йэшуа) и т.д. Греческое густое придыхание и еврейский гортанный hэ передаются латинской буквой h, а не русской х или г (Восточная Церковь этими звуками, как правило, пренебрегает). Впрочем, некоторыми семитскими звуками - алеп, айин - мне приходится пренебрегать, ибо их практически невозможно обозначить на письме. Не выделяются обычно мною также и хатапы: трудно объяснить русскоязычному человеку, что, например, в еврейском слове хазир (свинья) один слог. Однако ультракраткий призвук ш'ва (кроме ш'ва немого) я обычно передаю с помощью апострофа (в русскоязычной литературе ш'ва обычно передается буквой е). Ю псилон в дифтонгах передается мною специальной буквой (, тогда как вне дифтонга - буквой ю. Впрочем, наиболее укоренившиеся слова оставлены в традиционном правописании. Так, вслед за М.А.Булгаковым, я избегаю склонения имени Ешуа, хотя в некоторых изданиях оно в косвенных падежах изменяется (см., напр., Иосиф Флавий. Иудейская война. - Минск, 1991).

О

собую благодарность я выражаю С.Дагсону за предоставленные материалы и копии редких документов, а также за помощь в работе над переводами. Кроме того, я сердечно признателен Алексею Константиновичу К - ву, архибиблиофилу, за то, что он великодушно предоставил мне возможность пользоваться его библиотекой. И отдельное спасибо И.С.Свецицкой за ценные советы, благодаря которым я несколько изменил план повествования и смягчил те утверждения, в которых, увлекшись, перешел за грань чисто исторического повествования.

Волгоград

Автор

Gg

В В Е Д Е Н И Е

I. Критический анализ канонических Евангелий

1. Общие положения

С

лово евангелие возникло от греческого слова eUaggslion [э(-ан-гэ-ли-он]1 - радостная весть.

Первые три Евангелия - от Матфея, от Марка и от Луки - излагают историю жизни и учение Иисуса близко друг к другу, поэтому их принято называть синоптическими (от греч. sunoptikOj - способный обозреть все вместе). Евангелие от Иоанна стоит особняком.

Вопрос об источниках новозаветных Евангелий очень сложен. Евангелие от Марка легло в основу Евангелий от Матфея и от Луки; то, что выходит за рамки содержания второго Евангелия, взято, по мнению большинства исследователей, из какого-то, до нас не дошедшего, источника - Q (от лат. quelle - источник).

Сначала преобладало мнение, что источником Q было некое праевангелие, впоследствии пропавшее; однако вскоре ученые решили, что этим источником являлись записи речений (logia) на темы морали и религии. В посланиях Павла неоднократно встречаются ссылки на слова, произнесенные Иисусом, и ныне исследователи склоняются к тому мнению, что именно речения Иисуса стали первой записью устной традиции и что многие логии в изложении первых христианских общин просто принимали вид притчи или какой-нибудь истории, якобы случившейся с Иисусом в Его земной жизни.

Однако, я думаю, существовали некие устные, а может, даже письменные, праевангелия (не путать с Q-logia), из которых черпал сведения автор Евангелия от Марка, а возможно, и авторы Евангелий Евреев и Эбионитов2. В начале второго века уже существовало множество жизнеописаний, а не только логиев, Иисуса (Лк.1:1-2; Orig.Comm. in Luc.1; Eus.HE.III.39:15; Hier.Matth., пролог), опираясь на которые, Папий3 высказывал мнение, что Марк записал "не по порядку" свое Евангелие (по-видимому, имеется в виду некоторое неканоническое "Евангелие от Марка"). То есть во втором веке уже существовал определенный порядок, была установлена некоторая хронология событий из жизни Иисуса. Вряд ли такой порядок мог быть установлен исходя только из поучительных историй, возникших из логиев.

В науке существует также точка зрения - правда, необщепринятая, - что первыми записями, сделанными христианами, были сборники цитат из Танаха, где речь шла об ожидаемом Мессии: так называемые тестимонии (от лат. testimonium - свидетельство).

Документ 4Q Test