Читаем Суворов полностью

Победа при Козлудже была использована Румянцевым в полной мере. Он переправил через Дунай крупные силы, готовые поддержать выдвинувшийся за Балканы передовой отряд бригадира И.А. Заборовского. Визирь запросил перемирия. В ответ Румянцев заявил, что условия мирного договора давно обсуждены и что он в своей ставке в местечке Кючук-Кайнарджи ждет турецких уполномоченных. Престарелый визирь Муссун-заде Мегмет-паша (противник продолжения проигранной войны) капитулировал. 10 июля 1774 года мирный договор был подписан. Согласно договору Крымское ханство объявлялось независимым (выходило из вассальной зависимости от Османской империи) с уступкой России территории южнее Азовской крепости (граница по реке Ея), территории в низовьях Днепра и Южного Буга, а также крепостей Керчь и Еникале в самом Крыму и Кинбурна на узкой косе напротив мощного турецкого форпоста — Очакова. Порта признала за Россией власть над Большой и Малой Кабардой. Имеретинское царство в Грузии освобождалось от унизительной дани (невольниками, деньгами и натурой). Российские торговые суда получили право беспрепятственно плавать по Черному морю и проходить через Босфор и Дарданеллы в море Средиземное. Княжествам Молдавии и Валахии была гарантирована ограниченная автономия. Османская империя как зачинщица войны должна была выплатить большую контрибуцию. Это был выдающийся успех русского оружия и русской дипломатии.

Спустя 12 дней после подписания мира, 22 июля, турецкий флот в составе пятнадцати линейных кораблей и шестидесяти фрегатов и транспортов подошел к Алуште и высадил двадцатитысячный десант. Возможно, командующий флотом и десантным корпусом трапезундский и эрзерумский паша Хаджи Али Джаныклы-бей еще не получил известия о мире — или турецкое правительство намеренно не известило его о прекращении войны.

По приказу главнокомандующего князя В.М. Долгорукова ближайший к Алуште отряд генерал-поручика графа В.П. Мусина-Пушкина атаковал непрошеных гостей. Противник был разбит и бежал к своим кораблям. В этих боях отличился премьер-майор Михаил Голенищев-Кутузов: со знаменем в руках он повел свой сводный гренадерский батальон в атаку и был опасно «ранен пулею навылет в голову позади глаз». Потемкин и императрица приняли участие в судьбе героя. Отправленный за границу Кутузов после лечения вернулся в строй.

Энергичный отпор, данный турецкому десанту, спас жизнь российскому резиденту при крымском хане Петру Петровичу Веселицкому. Хан Сахиб-Гирей II, получив известие о высадке десанта, вызвал к себе Веселицкого со свитой. По прибытии к хану все они были вероломно схвачены и отвезены к Хаджи Али. Паша лично рубил головы пленникам. Ему помогали грузинский князь Георгий и 30 его соплеменников, воевавшие на стороне злейших врагов своей родины. Казнь Веселицкого отложили, потому что его жена ждала ребенка, а по мусульманским обычаям мужа можно было казнить только через шесть недель после разрешения супруги от бремени.

Российское правительство оставило этот инцидент без внимания, но еще раз убедилось в вероломстве соседа, ведь Сахиб-Гирей совсем недавно торжественно заключил с Долгоруковым соглашение о мире.

Победную точку в затянувшейся войне поставила суворовская победа при Козлудже. Однако донесение командующему писал старший начальник — Каменский. Он похвалил своего подчиненного, который якобы точно исполнил его приказания. Румянцев не стал разбираться в конфликте двух генерал-поручиков и 30 июня удовлетворил прошение Суворова, отпустив его из армии «ради излечения болезни».

А Каменский за Козлуджу получил ордена Святого Георгия 2-й степени и Святого Александра Невского. Сильно переживавший по поводу выговора Румянцева Суворов обратился к графу Чернышеву с просьбой о новом назначении, не зная, что оно уже состоялось.


СУВОРОВ ПРОТИВ ПУГАЧЕВА

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное