Читаем Суровое испытание полностью

Кивнув на закатанные штаны и мокрые руки, Кан Инхо нахмурился, однако Со Юджин продолжила серьезным тоном:

— Только что звонили из интерната и сообщили, что Юн Чаэ и временно замещающий должность замдиректора ездили домой к Юри и Минсу. Думаю, нам тоже надо съездить. Необходимо остановить их.

— Что?

— Как я и говорила. Так что поехали. Я подумывала скататься одна, но раз уж ты классный руководитель, с тобой будет как-то солиднее.

На этих словах Со Юджин резво сбежала по ступенькам. После некоторых колебаний Кан Инхо наспех переоделся, накинул пиджак и спустился. Co Юджин завела машину.

— Сейчас наши сотрудники пытаются дозвониться до домашних Минсу. Как назло, сегодня передали штормовое предупреждение, и сообщения с островами нет. А эти типы, похоже, уже побывали там. В такие моменты начинаешь сомневаться в справедливости небес. Судя по всему, тут срабатывает другая логика: море затихает только посте смерти горемыки. Вспомни легенду о Симчхон: волны утихомирились уже после её смерти, оставив в живых негодяев, погубивших её! Ну как это называется, черт возьми?.. Ну да ладно. Отсюда до дома Юри на машине часа полтора.

— Сволочи последние! — взъярился Кан Инхо. — Просить родителей детей написать соглашение за деньги! Помнится, ты как-то обмолвилась, что все это напоминает сумасшедший дом. К голове не укладывается!

— Ты, кажется, не в курсе? Когда сексуальному насилию подвергаются дети, не достигшие двенадцати лет, в случае, если сам пострадавший или его опекуны отзывают заявление и идут на соглашение, то иск аннулируется. Поэтому нам нужно убедить их не делать этого. А учитывая, что они бедны, к тому же умственно отсталые…

Со Юджин тронулась с места.

— Какое, к черту, соглашение, когда насилуют детей?! — в сердцах воскликнул Кан Инхо, нервно закуривая.

— Вот и я про то же.

— Если родные Минсу подпишут мировую, то обвинение в преступлении автоматически потеряет силу. А в случае с Юри все еще хуже. Судя по всему, эти твари, Юн Чаэ и замещающий зама, намерены объявить Юри инвалидом, способным к сопротивлению, то бишь заявить, что инвалидность по слуху в отличие от физической недееспособности дает возможность сопротивляться… Ты понимаешь? Вот куда они клонят… Родители Ёнду, конечно ни за что не пойдут на соглашение, но в таком случае мы имеем дело с единственным преступлением — сексуальным домогательством по отношению к Ёнду, за которое можно привлечь лишь директора, а с зама и Пак Бохёна обвинения снимут.

У Кан Инхо снова перехватило в горле. Он опустил стекло. Но вместо прохладного освежающего ветерка в окно хлынул липкий туман.

— Еще одна плохая новость. Вчера ночью отец Ёнду совсем слег.

Кан Инхо до конца опустил стекло. Что-то страшное и тяжелое навалилось на него, сдавливая горло.

— Давай сначала перекусим. Как и обещала, угощу тебя мэунтханом. Я тут знаю одно местечко, но придется немного пройтись, ты не против? — спросила Со Юджин.

— Вчера после слушаний опять напилась?

Со Юджин криво усмехнулась.

Они припарковались у волнорезов и вышли из машины. Солнце, двигаясь к зениту, своими теплыми лучами потихоньку подсушивало туман. Слегка подернутый белесым налетом диск сверкал, постепенно облачаясь в золото, а остатки тумана седыми патлами призрака колыхались на ветру.

— Времени на раздумья не было, поэтому мать Ёнду срочно увезла его в местную больницу, однако состояние резко ухудшается. Она сказала, вчера ночью врач велел приготовиться к худшему.

Тростник, стряхивая с себя туманную влагу, в жарких лучах на глазах подсыхал, распрямляясь и распушаясь. Его заросли протянулись вдаль до самой дамбы, напоминая молочно-белое море.

Вдвоем они шли по дорожке, пересекающей это светлое облако.