Кан Инхо занервничал. Если она в самом деле может слышать музыку, это значит, что ее инвалидность под большим вопросом. Ёнду двенадцать лет, и она прекрасно понимает, что поставлено на кон. Оказаться в этом суровом зале, под прицелом сотен глаз, в полной тишине — само по себе непосильное испытание для хрупкого подростка. К тому же сейчас, в эти минуты, перед глазами Ёнду никого, кроме судьи… Как бы он хотел выйти вперед, встать рядом и взять ее за руку. Вместо этого он сжал ладонь дрожащей как осиновый листок Юри, что сидела подле него.

— Итак, приступим! Если услышите песню Чо Сонмо, поднимите руку, — передал переводчик слова адвоката Хвана.

Адвокат нажал кнопку воспроизведения. По залу суда разлилась пробирающая до глубины души мелодия. Кан Инхо собственным телом чувствовал, как дрожат узкие плечи Ёнду. Немного погодя ее рука медленно поднялась. Отовсюду раздались восторженные крики. Адвокат Хван остановил запись. Зал поглотило безмолвие. И вслед за этим рука Ёнду опустилась. Послышались тихие восклицания и негромкие аплодисменты. По лицу адвоката Хвана пробежала темная тень. Близнецы Ли Гансок и Ли Ганбок готовы были разрыдаться. Сверля взглядом спину Ёнду, адвокат Хван снова нажал на пуск. Судья, стараясь не пропустить ни малейшей детали, неотрывно смотрел на Ёнду. Вновь зал наполнила пронзительная песня Чо Сонмо. И вновь медленно поднялась рука Ёнду. Адвокат тут же нажал на стоп. Ёнду недоуменно склонила голову набок и опустила руку.

— Проверим еще раз. Переводчик, переведите, пожалуйста, что мы еще раз проведем эксперимент, с раздражением бросил адвокат Хван, нарушив тишину в зале.

Переводчик передал его слова. Однако адвокат и не подумал включить музыку. Это была самая настоящая ловушка!

— Так нечестно! — приглушенно крикнул кто-то.

Со Юджин, стиснув зубы, не отрывала взгляда от Ёнду. Ладони Кан Инхо взмокли от пота, и он отпустил руку Юри. Рука Ёнду не двигалась. Казалось, ее щуплая фигурка взорвется от напряжения. На лице адвоката Хвана отразилось предчувствие поражения. Мертвая тишина в зале отдавалась барабанным боем. Уж лучше бы публика кричала и вопила — это было бы легче вынести.

Безмолвие нарушил судья:

— Эксперимент полагаю завершенным. Сторона обвинения, предъявите суду заключение специалистов в связи с этим слуховым феноменом мисс Ёнду. Мисс Ёнду, благодарю за содействие! Можете вернуться за кафедру свидетелей.

88

Ёнду не шевельнулась.

— Свидетель! Мы закончили. Займите место свидетеля! — упорствовал судья.

Переводчик начал было переводить, но вдруг бросился к Ёнду. Девочка, словно мокрое белье, безвольно повисла у него на руках. У ее родителей вырвался стон.

— Для чего эта жестокость? Преступление налицо, так зачем усугублять и без того тяжелое положение пострадавших? — воскликнула Со Юджин, ни к кому конкретно не обращаясь.

Пастор Чхве дал знак прокурору. Тот поднялся с места.

— Ваша честь! Мне кажется, для юных свидетелей это слишком большая нагрузка. Прошу принять надлежащие меры.

Судья, внимательно посмотрев на Ёнду, что с позеленевшим лицом повисла на руке переводчика, сказал:

— Заседание окончено. Следующее заседание в пятницу. Если со стороны обвинения и защиты еще есть свидетели, подавайте ходатайства.

Родители Ёнду бросились к свидетельской кафедре. Девочка без сил упала в объятия отца. Следом подошли Со Юджин, пастор Чхве и Кан Инхо. Уткнувшись в грудь отца, Ёнду тихонько всхлипывала.

— Ты молодчина, Ёнду! Никто бы не справился лучше! Намучилась, бедняжка, — проговорил Кан Инхо, и по лицу Ёнду пробежала слабая улыбка.

Пастор Чхве спросил:

— Но послушайте! Значит, Ёнду может различать звуки? Отец Ёнду, не разжимая объятий, ответил:

— Ничего удивительного. С некоторых пор Ёнду стала откликаться на музыку, мы даже сводили ее к врачу — думали, вдруг она снова сможет слышать… Однако выяснилось, что люди по-разному реагируют на частоту колебаний воздуха. И глухие не исключение. Например, кто-то слышит лишь низкие звуки, другие — только высокие, а основной диапазон остается недоступным для восприятия. Видимо, мелодия, что включали, воспроизводится на той частоте, которую может уловить наша Ёнду. А люди, так кичащиеся открытием школы для глухонемых и якобы посвятившие этому всю жизнь, даже не знают, что степень потери слуха может быть разной у разных детей. Это же прямое доказательство того, что им наплевать на детей! Это просто гнусные обманщики! — Помолчав, он вполголоса добавил: — Знаете, какое счастье, что Ёнду может слышать музыку. Само небо захотело наказать этих мерзавцев!

89

В субботу утром Кан Инхо стирал накопившееся белье, как вдруг раздался звонок в дверь. Открыв, он обнаружил Со Юджмн.

— Прости. Думала, по телефону откажешь, поэтому сама пришла. Я тут подумала, что с тех пор, как ты приехал сюда, учитель Кан, я ни разу не свозила тебя полюбоваться на заросли тростника и не угощала рыбной похлебкой мэунтхан. Так что сегодня наконец давай наверстаем упущенное и гульнем от души. Обещаю: про прошлое молчок. — Со Юджин задорно рассмеялась.