— На юг они прут, на юг, на Кавказ. Им нужна нефть Майкопа и Грозного, но особенно бакинские нефтепромыслы. Это настоящая «кровь» войны, там огромная часть нашей добычи. Заметь, Андрей — танковая армия фельдмаршала Роммеля уже в Египте — англичане убрались от Суэцкого канала. Но стягивают войска в Палестину, еще держатся на Синае. Здесь решится главный вопрос начала этой войны — жить Британской империи дальше, или она обречена на развал, а ее владения станут для кого-то «наследством». И поверь — драка будет жестокой, и в Лондоне, и Берлине это прекрасно понимают. Вот потому Гитлер и начал на юге мощное наступление, чтобы мы не смогли вмешаться в битву за «библейские места». Странновато история изменилась — немцы уступили нам, зато взяли реванш за счет англичан. А что будет дальше, даже загадывать не буду — война становится другой…

АСУ-85 рядом с ИСУ-152 — можно оценить габариты двух самоходок…

<p>Глава 29</p>

— Гудериан, я знал, что всегда могу положиться на вас — вы сделали больше, чем мы рассчитывали, и теперь Германия у вас в вечном и неоплатном долгу. Вот вам чек на пятьсот тысяч рейхсмарок, и можете выбрать любое имение, которое вам приглянулось. Любое, фельдмаршал, если оно только не имеет хозяев… Впрочем, его выкупим за счет казны, и будем ежегодно выделять субсидию на его содержание.

— Благодарю вас, мой фюрер! Приказывайте — все исполню! Моя жизнь всецело принадлежит рейху!

О более выгодном варианте и мечтать не стоило, и Гудериан как настоящий пруссак знал одно имение близь Кульма, как раз рядом с его усадьбой, которую пожаловали прошлый раз. Теперь их просто объединит в одно, благо поляков, что заселились туда двадцать лет назад, изгнав немцев, теперь поставили в то же положение, и они стали покидать исторические прусские земли. Но кроме новой усадьбы, ласкало слух обращение «фельдмаршал» — к этому высшему военному званию Гейнц шел долго, очень долго, пережив одну мировую войну, и тот жесточайший позор и страдания, что обрушились на Германию после злосчастного поражения.

Однако теперь для «победителей» наступила пора расплаты — Францию «поставили на колени», и она склонила прежде горделивую голову. Теперь французы заплатят за все, и прекрасно знают о том. И выбора у них больше нет по большому счету — или воюют вместе с немцами против англичан по-настоящему, либо «вае виктис», как говорили древние — «горе побежденным». Понятно, что свои колонии галлы уже потеряли — те захвачены британцами, кто бы сомневался, которые сделали ставку не на маршала Петена, коллаборациониста, ставшего одним из тех, кто признал поражение и «новый порядок», а на генерала де Голля, держащего сторону Черчилля. Впрочем, «голлистов» в самой Франции сильно недолюбливали, и значительное число губернаторов заморских территорий предпочитали сейчас держать сторону правительства Виши, прекрасно понимая, что немцы могут «отыграться» на собственно метрополии, на самих французах.

Но это не остановит тех, кто решит стать на сторону Британской империи и США — они просто передадут свои корабли союзникам прямо, или опосредованно, передав «Свободной Франции», что давно воюет против Германии. А ведь даже операция «Катапульта» ничему их не научила — когда в Алжире Королевский флот расстрел французскую эскадру.

Но теперь ситуация кардинально изменилась, ведь именно он, фельдмаршал Гудериан, сделал невероятный подвиг в военной истории — всего с одной танковой дивизией захватил на абордаж добрую половину французского флота, причем практически все корабли достались целыми и неповрежденными, и теперь будут служить рейху.

— Я решил оставить «Дюнкерку» и «Страсбургу» их имена — теперь это города занятых вермахтом или возвращенных Германии территорий, — неожиданно произнес Гитлер. Фюрер улыбался, было видно, что он пребывает если не в эйфории, то в состоянии весьма близком.

— А вот линкор «Прованс» мы вернем маршалу Петену — пусть использует в качестве флагмана и учебного корабля. Меня заверили, что этот корабль не имеет никакой боевой ценности. Зато семь крейсеров станут ценным приобретением для нашей Средиземноморской эскадры, пусть и не все. Мы сейчас на них собираем команды, да отправляем в Тулон наших рабочих и инженеров — не хватало актов саботажа и явного вредительства. Этот город напичкан нашими врагами и британской агентурой.

— Да, это так, мой фюрер, — вот тут Гудериан, прекрасно знавший местные реалии, быстро согласился с Гитлером, и добавил. — Было бы лучше вообще выселить французов из Тулона, или перевести корабли в более лояльный к нам, немцам порт, где население симпатизирует рейху.

— Нет у нас таких портов, фельдмаршал, кроме Триеста, но в нем обосновались итальянцы. Дуче ведет себя нагло, потребовав дележа французского флота, как он считает, «несправедливо» захваченного нами. Я не собираюсь реагировать на его шантаж, и он получит то, что только реально заслужил. Более того — я предложил ему продать или передать два его старых линкора, что сейчас должны быть выведены в резерв.