Читаем Сумерки войны полностью

— Перевооружение Pz-IV на длинноствольную 75 мм пушку одномоментно сделало этот танк сильнейшим. Думаю, если бы нашу «тройку» удалось бы вооружить такой же пушкой, или вообще выпускать только одну «четверку», мощь панцерваффе значительно бы усилилась. Так и тут — в башнях по три 28 см пушки, но они слабее пары 38 см — да и на линкорах такой калибр смотрится куда как более убедительно. Я слышал, что вы несколько раз говорили, что считаете эти два линкора недостаточно вооруженными, и установка мощных пушек планировалась изначально. Но если мы ставим в танковые башни новые мощные пушки, то почему бы не сделать эту операцию с линкорами, правда это займет намного больше времени. Зато будут два линкора, мало в чем уступающие не только «Тирпицу», но и британским линкорам, у тех, как помнится восемь пятнадцатидюймовых орудий против наших шести — преимущество не критичное, всего на четверть по весу залпа, как мне кажется. Тут главное точнее стрелять. Но я не моряк, мой фюрер, я танкист, и во флотских делах разбираюсь плохо.

— А придется, Гудериан, придется…

Голос Гитлера прозвучал настолько зловеще, что у генерала волосы зашевелились на голове. Это была не шутка, и он испугался — перспектива сменить мундир его явно не вдохновляла, да что там — категорически не устраивала. И он собрался с духом, чтобы выразить Гитлеру свои взгляды на подобное назначение, но был остановлен небольшой речью рейхсканцлера, которая расставила все «точки» по своим местам.

— Рейху очень нужны корабли, и мы должны взять их у того, кто сейчас не воюет против наших врагов. Я имею в виду галлов и их флот в Тулоне. Там и в Марселе идет погрузка двух дивизий панцерваффе, мы их не зря туда отправили, не в Италию — дуче о себе слишком много возомнил, обойдемся без его помощи. Ваша задача, Гудериан, возглавить две своих дивизии, внезапно овладеть Тулоном и захватить французский флот, не дав командам ни малейшей возможности уничтожить свои корабли.

От слов Гитлера командующий панцерваффе чуть ли не в столб превратился, ошарашенный — где танки, а где корабли. И если есть между ними сходство, то только отдаленное в башнях с пушками. Его вид, наверное, позабавил фюрера, раз заговорил более спокойно, без пафоса.

— Никому в голову не придет, что вы начнете абордаж флота, Гейнц. Официально вы отправляетесь с инспекцией по своим дивизиям, что дислоцированы во Франции. Так что ваш приезд в Тулон не вызовет слишком большого удивления, к тому же оттуда в Киренаику отправляется 25-я танковая дивизия — уже отправлен один батальон, готовятся к отплытию и другие. Задержка вызвана тем, что фельдмаршал Роммель еще не приготовил гавань Тобрука, на это потребуется две недели. Вот этим временем мы должны воспользоваться, Гудериан, и захватить нужные для кригсмарине корабли. И операцию по их захвату я возлагаю на панцерваффе — только у вас под рукой там имеются две отличные дивизии. Не упустите свой случай, генерал — без риска нет победы, без победы не будет жезла фельдмаршала.

Сейчас сказано было многое, если не все — Гитлер пообещал высшее военное звание, а оно дорогого стоило. Заветная мечта как Гудериана, так и многих других генерал-полковников. К тому же Роммель отличился в Тобруке, и этому ошеломляющему успеху — окружить и заставить капитулировать целую британскую армию, все завидовали до зубовного скрежета. Так почему бы ему не снискать лавры в Тулоне, благо полтора века тому назад там отличился один артиллерийский капитан, что стал позднее императором Франции и диктовал всей Европе свои правила.

— Там два новых линкора, один поврежденный в доке, со второго выгрузили боезапас. Мне нужен «Страсбург», ему даже имя менять не придется — оно наше, исконное германское. А еще в базе находятся также четыре тяжелых и три легких крейсера, полтора десятка субмарин, три десятка эсминцев и миноносцев. Все эти корабли настоятельно необходимы кригсмарине, для них уже втайне начали готовить экипажи. Я вам дам большие полномочия, Гудериан — вы можете сжечь весь город и перестрелять команды кораблей, если они вздумают подорваться. Вы вправе распоряжаться не только своими дивизиями, но и оккупационными войсками, и если нужно, то распоряжаться даже люфтваффе, Геринг принесет «жертву» ради общего дела, перетерпит — нам нужны французские корабли, они настоятельно необходимы. Что скажитена мое предложение, Гейнц?

Гудериан молчал с минуту, тщательно взвешивая варианты. Задание крайне рискованное, но за него можно взяться, благо всеми необходимыми полномочиями он будет наделен. И сила под рукой есть, главное не дать возможности французам подорвать или затопить свои корабли. А войны не будет, побежденные галлы не начнут стрелять — они прекрасно понимают, что тогда им несдобровать, он ведь никого не пожалеет, и в плен брать не будет. Еще раз прикинув чудовищный объем работы, которую придется совершить за короткое время, Гудериан мысленно поморщился и все же решил принять предложение Гитлера, а потому коротко ответил:

— Я выполню ваш приказ, мой фюрер.