Читаем Судьба полностью

В мае того года на базе Народного собрания граждан Пусана был организован Пусанский гражданский штаб. Гражданский штаб – это сокращение от Штаба гражданского движения за достижение демократической Конституции. Гражданский штаб был одной из самых масштабных организаций движения за демократизацию за всю историю существования государства. Его размеры и мощь были настолько велики, что он оказывал поддержку всем организациям демократического движения вплоть до оппозиционной партии.

Пусанский гражданский штаб предвосхитил создание Сеульского гражданского штаба и был основан первым в стране. Адвокат Но был назначен председателем Постоянного исполнительного комитета Пусанского гражданского штаба. Председатель в этой организации играл роль «защитной стены», оказывая финансовую помощь. Также в его задачи входило призывать людей на улицах принять участие в митинге или демонстрации, что в значительной степени выходило за рамки принятых поведенческих моделей адвокатов в области прав человека. Вообще, это была не та роль, которую отводили адвокатам, однако Но Мухён сам вызвался исполнять эти обязанности. Я же стал членом Постоянного исполнительного комитета.

Июнь 1987 года. В Пусане под руководством Гражданского штаба ежедневно проходят уличные демонстрации. По сравнению с остальными регионами страны, в Пусане демонстрации были самые многочисленные, к тому же очень яростные. Демонстрации продолжались в центре города ежедневно до глубокой ночи. Вплоть до окончания демонстрации мы следовали за демонстрантами и внимательно следили за возникающими то тут, то там происшествиями, а после этого собирались в церкви «Чунбу» и тщательно рассматривали все случаи этого дня, строили планы на следующий день и только затем шли домой. Мы видели положительную реакцию граждан и наблюдали, как демонстрации становились все более яростными и масштабными, и чем дольше это продолжалось, тем сильнее мы чувствовали, что есть возможность свергнуть военную диктатуру.

Однако тут до нас дошла новость, что демонстранты, загнанные в храм в квартале Мёндон* в Сеуле, разошлись и что противостояние переходит в спокойную фазу. Численность демонстрантов в Сеуле и других регионах резко уменьшилась. Мы понимали, что если сдаться сейчас, то снова все будет потеряно.

Мы видели положительную реакцию граждан и наблюдали, как демонстрации становились все более яростными и масштабными, и чем дольше это продолжалось, тем сильнее мы чувствовали, что есть возможность свергнуть военную диктатуру.

Однако в Пусане атмосфера была совсем иная. Наоборот, все только набирало обороты. Руководство Пусанского гражданского штаба во главе с Но Мухёном решило, что центральная роль в противостоянии, которую раньше играл храм на Мёндоне в Сеуле, должна перейти Пусану. Незамедлительно заручившись поддержкой священников Ассоциации справедливости католических священников, Пусанский католический центр организовал забастовку. Впоследствии вплоть до окончания Июньского противостояния Пусанский католический центр взял на себя центральную роль в движении сопротивления, которая раньше принадлежала храму на Мёндоне.

Жители Пусана тоже все чаще принимали участие в движении сопротивления. Если начиналась демонстрация, то зачастую демонстранты продвигались по автомагистралям с восточной части к пригородам Пусана через мэрию и телецентр, образовывая «освобожденные районы». Пусан боролся изо всех сил, и атмосфера в других регионах, в том числе и в Сеуле, где демонстрационное движение временно пошло на спад и наступило затишье, стала снова оживать. Нас переполняла радость, когда мы это видели.

Было примерно 20 июня. Пошли слухи, что в Пусане будет введен гарнизонный декрет и в город войдут войска. Однако эти слухи только прибавили нам сил. Диктаторская власть была загнана в угол, и это придало нам уверенность, что Пусан сам вершит свою судьбу. «Если мы сейчас не уступим и будем держаться до конца в этот решающий момент, мы сможем одержать победу», – так мы рассуждали с Но Мухёном. Позже мы узнали, что вступление в силу гарнизонного декрета в Пусанском округе и введение армии в город, о которых так много говорили, действительно планировались. И только из-за внутренних разногласий уже на стадии окончательной подготовки к передислокации вооруженных сил план не был осуществлен.