К тому времени, как они вернулись в лагерь, ливень падал стеной. Температура понизилась до нескольких градусов. Нора и Клайв укрылись в полевой кухне, устроенной под брезентом, натянутым между деревьями. Они сняли плащи, с которых ручьем полилась вода, и повесили на ветки.

– Идите перекусите, пока еще что-то осталось, – произнесла Мэгги, склонившаяся над котелком, в котором побулькивало рагу. – Да садитесь поближе к огню. Наверняка ведь задницы отморозили. Прямо две мокрые курицы!

Чуть в стороне стояла жаровня. От нее доносился аромат свежеиспеченного хлеба. Салазар, Пил, Уиггетт, Адельски и Бёрлесон сидели вокруг огня и маленькими глотками потягивали горячий кофе.

– Извините, не стали вас ждать, – произнес Салазар.

– А я извиняться не собираюсь, – возразил Адельски. – Когда Мэгги звонит в колокольчик, надо все бросать и бежать за едой.

Нора с Клайвом взяли свои порции и расположились у огня.

– Ну как, нашли? – спросил Бёрлесон.

Клайв покачал головой:

– Пока нет, но завтра точно найдем.

Мэгги присоединилась к остальным.

– Ваш мальчик требует с меня еще одну страшилку. Как раз собиралась рассказать легенду про двух старателей. Случилось это в тысяча восемьсот семьдесят втором году. Ну или в семьдесят третьем. Может, вы ее уже слышали. Один старатель слепой на один глаз, у другого вместо руки крюк.

Далее Мэгги поведала леденящую кровь историю о двух верных друзьях, наткнувшихся в горах на золотую жилу. Тут их обуяла алчность, и однажды грозовой ночью – погода была примерно такая же, как сегодня, – бывшие друзья поставили друг на друга ловушки и в результате оба погибли. Мэгги с удовольствием добавила множество жутких подробностей, особенно о мужчине с крюком. Забавно было наблюдать за реакцией Адельски: он ведь сам просил страшную историю, но к финалу слегка позеленел.

Позже Нора, замерзшая и вымокшая насквозь, заползла в свою палатку. Но уснуть никак не получалось. В голову то и дело лезли непрошеные мысли о Клайве: о том, какой он упрямый, но при этом обаятельный и сколько в нем мальчишеского задора. Нора поняла, что обращает на него слишком много внимания, и дала себе слово держать строгую профессиональную дистанцию. В маленькой замкнутой группе любые близкие отношения могут нарушить равновесие. С этой мыслью Нора и уснула.

Проснулась она внезапно, посреди ночи. Ее разбудил странный звук: казалось, вниз по склону сбегало целое полчище гигантских крыс. Нора выглянула из палатки и осмотрелась по сторонам, но вокруг царила непроглядная тьма, а необычный звук уже почти стих. Похоже, больше никто ничего не услышал.

Дождь лил до самого утра.

15

6 мая

В следующий раз Нора проснулась на рассвете. Дыхание вырывалось из носа облачками пара. По водонепроницаемому нейлону палатки все еще время от времени постукивали капли дождя. Нора заставила себя вылезти на ледяной воздух и оделась. Мэгги готовила на костре завтрак: бекон, яичницу и кукурузный хлеб. Обычно жизнерадостное лицо исказила сердитая гримаса. Бёрлесон сидел на бревне с чашкой кофе и вполголоса разговаривал с Джеком Пилом о лошадях. Клайв вышел из палатки в новенькой рубашке-пейсли, на этот раз фиолетово-оранжево-розовой.

– Наливай себе кофе, – предложила Мэгги, указывая на кофейник на камне у огня. – Тебе, по-моему, взбодриться не мешает.

– Ночью слышала какой-то странный звук, вроде глухого топота, будто к нам неслось стадо маленьких слонов.

– Обычный камнепад. Весной они тут сплошь и рядом, и бояться их нечего. Ну разве что если каменюка на твою палатку свалится.

Нора налила себе кофе и стала греть руки о чашку. Тут из палатки показался растрепанный Джейсон Салазар. Подошел, попытался пригладить волосы одной рукой, но быстро сдался и водрузил на голову шляпу. Адельски и Уиггетта нигде не было видно.

– Вы с Клайвом опять идете каньон искать? – спросил Салазар.

– Ясное дело.

– Если нужен помощник, с радостью составлю компанию.

Нора глянула на небо. Салазар, конечно, уже знал о золоте Волфингера, и Адельски тоже.

– Ты точно этого хочешь? Погода сегодня к прогулкам не располагает.

– Все лучше, чем в солитер в палатке играть.

Мэгги подцепила со сковороды полоски шипящего бекона и положила на застеленную бумажным полотенцем тарелку, чтобы жир стек. Бо́льшую его часть она вылила в костер. Пламя сразу вспыхнуло ярче. Мэгги стала готовить омлет, но, помешивая его, по-прежнему хмурилась.

– Ну и погодка, – заметила Нора.

– Против дождя ничего не имею. А вот снег – совсем другое дело.

– Снег? – переспросил Салазар.

– Готова поспорить, высоко в горах он сейчас валит вовсю. – Мэгги покачала головой.

– Это плохо? – уточнила Нора.

– Может, и плохо, – ответила Мэгги, помешивая омлет.

– Почему?

– Вдруг лавина сойдет? Это бедствие похуже камнепада. Или снег растает слишком быстро, и горные потоки разольются.

Мэгги взяла колокольчик и несколько раз ударила по нему палкой:

– Завтракать!