Читаем Современная греческая проза полностью

Наконец, по моим оценкам – следовательно, это еще необходимо рассмотреть с научной точки зрения – плоть сардины должна иметь положительный магнитный заряд, в то время как сама консервная банка – отрицательный. В противном случае существует опасность того, что не будет создано необходимое движение, поскольку это – прежде всего лишь намагниченное тело, остающееся неподвижным.

Во всех расчетах необходимо учитывать и то, что на электрический заряд, который движется в пределах магнитного поля В, действует сила F, которая вычисляется по векторному произведению:



где q – электрический заряд частицы, ν – вектор скорости заряда частицы, а B – вектор индукции магнитного поля. Из-за того, что вычисляется по векторному произведению, сила является перпендикулярной и вектору скорости, и вектору индукции магнитного поля. Следовательно, магнитная сила не производит и не потребляет работу в частице. То есть, она может изменить направление движения частицы, но не может ее ускорить или замедлить. Величина силы F такова: F = quBsinθ, где θ – это угол между векторами ν и В.


ТРЕБУЕТСЯ

1. Научное подтверждение метода, решение проблем и возможных противоречий, а также учет всех технических и практических деталей.

2. Полное исследование и подробный архитектурный и технический план сооружений (проектирование, оборудование, исследование систем сбора, хранения и упаковки).


ПРИЛАГАЕТСЯ

Мой предварительный план, демонстрирующий основную структуру сооружения.


Собрание акционеров

Леонидас Рагусис выпил глоток воды и продолжил, возвысив тон своего голоса: «В заключении я хочу сказать, что после одобрения банковского кредита, которое займет не более нескольких дней, работы будут незамедлительно начаты и самое большее через шесть месяцев объект будет готов. Понадобится еще два месяца на пробное производство и, если все будет хорошо, с Божией помощью, в течение десяти месяцев, отсчитывая с сегодняшней даты – ни днем больше – продукт будет запущен, а вместе с ним будет написана новая блистательная страница в истории торговых инноваций.

А вы, господа, будете не просто безымянными акционерами, а именитыми участниками настоящей революции рыночных данных, новой эпохи, которую мы откроем с вами вместе. Заранее благодарю вас за доверие!»

Послышались бурные аплодисменты, восхищенные возгласы пронеслись по напряженной аудитории и смешались с сигаретным дымом.

Леонидас Рагусис сделал им знак – полувысокомерный, полусмиренный – прекратить.

«Однако я не хотел бы монополизировать все время на собрании, – добавил он. – К тому же, через десять месяцев все мы монополизируем рынок!»

Будучи политиком, он знал, какие штучки нравятся публике, так что он повторил со значением, еще более громко и отчетливо: «Мы монополизируем рынок!» В этот раз аплодисменты были еще громче и, совершенно точно, еще непосредственнее. Один человек, аплодируя, встал с места, его примеру последовал второй, затем третий и, наконец, весь зал поднялся в единой стоячей овации, как имеют обыкновение поступать англо-саксы, когда отдают дань уважения какому-либо lifetime achievement.

Несмотря на то, что Рагусис был не очень пожилым человеком, да к тому же он еще дошел до завершения своего смелого проекта, ни у кого не возникало ни малейших сомнений, что именно это и было главным делом всей его жизни и что – зная его упрямый и бескомпромиссный характер – это дело через десять месяцев будет успешно воплощено в жизнь.

Пресс-конференция

– Еще вопросы, пожалуйста! – сказал Леонидас Рагусис, приведя в пример убедительные цифры в ответ на вопрос о финансовой составляющей и целях всего предприятия.

– Какая же скука эти однообразные экономические показатели… – подумал он, одновременно движением правой руки давая слово миниатюрному юноше, сидевшему во втором ряду.

– А не считаете ли вы, что… – остальной части предложения не было слышно, поскольку голос его был таким же тщедушным, как и его фигурка.

– Погромче, пожалуйста…

– А не считаете ли вы, говорю, что уже существующие виды упаковки в достаточной степени покрывают потребности потребителя? – повторил юноша. – Спасибо!

Леонидас Рагусис специально помедлил несколько секунд, прежде чем ответить:

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека новогреческой литературы

Раздвигая границы. Воспоминания дипломата, журналиста, историка в записи и литературной редакции Татьяны Ждановой
Раздвигая границы. Воспоминания дипломата, журналиста, историка в записи и литературной редакции Татьяны Ждановой

Книга воспоминаний греческого историка, дипломата и журналиста Янниса Николопулоса – литературное свидетельство необыкновенной жизни, полной исканий и осуществленных начинаний, встреч с интересными людьми и неравнодушного участия в их жизни, размышлений о значении образования и культуры, об отношениях человека и общества в Греции, США и России, а также о сходстве и различиях цивилизаций Востока и Запада, которые автор чувствует и понимает одинаково хорошо, благодаря своей удивительной биографии. Автор, родившийся до Второй мировой войны в Афинах, получивший образование в США, подолгу живший в Америке и России и вернувшийся в последние годы на родину в Грецию, рассказывает о важнейших событиях, свидетелем которых он стал на протяжении своей жизни – войне и оккупации, гражданской войне и греческой военной хунте, политической борьбе в США по проблемам Греции и Кипра, перестройке и гласности, распаде Советского Союза и многих других. Таким образом, его личные воспоминания вписаны в более широкий исторический контекст и предстают перед нами как богатейший источник сведений по всемирной истории XX века. Книга снабжена ссылками и примечаниями.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Яннис Николопулос

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Лицом вниз. Антология греческой прозы XIX века
Лицом вниз. Антология греческой прозы XIX века

Вниманию отечественного читателя впервые предлагаются некоторые из самых знаменитых образцов греческой прозы XIX века: повесть А. Пападиамандиса о старухе Франгоянну, образцовой матери и хозяйке, которая, размышляя бессонными ночами о социальной несправедливости и желая улучшить женскую долю, становится серийной убийцей; автобиографические рассказы Г. Визииноса, повествующие о семейных драмах, разворачивающихся во Фракии – греческой области на территории Турции; рассказ «Самоубийца» М. Мицакиса, в котором герой, прочитав предсмертную записку неизвестного ему человека, не может выкинуть из головы его последние слова. Авторы, вошедшие в этот сборник, являются важнейшими представителями греческой литературы XIX в., их произведения переведены на многие иностранные языки.

Георгиос Визиинос , Александрос Пападиамандис , Михаил Мицакис , Константинос Теотокис , Димостенис Вутирас

Литературоведение / Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХIX века

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы