Читаем Сотворение истории полностью

Ладно, согласен, не бесчисленное множество, но все равно очень много. Точно на этот вопрос может ответить только математик. Быть может, даже абсолютно точно. Потому что возьмет в расчет не все факты, а только взаимно независимые, исключит из них заведомо привнесенные из других стран и времен, проведет дифференциальный, статистический и корреляционный анализ, вычленит инварианты, подсчитает количество перестановок и выдаст ответ: представленные факты на данном временном отрезке и замкнутой площади позволяют создать ровно три миллиона шестьсот двадцать восемь тысяч восемьсот различных историй, не противоречащих предшествующей и последующей истории России и согласующихся с тогдашней историей сопредельных народов.

Но нам это уже не нужно. Миллион разных вариантов истории или десяток – какая разница?! Тут главное не количество, а то, что разные. Ведь даже две совершенно разные истории с диаметрально противоположными трактовками – это уже перебор. Это подрывает веру в стабильность бытия. Возьмем наши дни…

Тьфу, черт, оказывается, я еще один вирус подцепил – вирус словоблудия. Будем лечить! Пока же вернемся к плану князя Юрия. Собственно, планом это трудно назвать, да и трудно было ожидать от такого человека, как Юрий Васильевич, детально проработанного, непротиворечивого и долгосрочного плана. Скорее, это было несколько идей, на которые он опирался, когда переклеивал свою историю.

Идея первая: правивший на Руси древний великокняжеский род (нарочно избегаю термина Рюриковичи, потому что ни князь Юрий, ни сами Романовы о Рюрике тогда не могли ведать, его много позже придумали) являл череду кровавых, бескультурных сатрапов, которые сами себя изничтожили в междоусобной борьбе, оставшиеся же в живых выродились и вымерли.

Идея вторая: после смерти последнего царя из древнего великокняжеского рода не осталось ни одного кровного родственника, который мог бы занять его место по праву наследования, пришло время царей избранных, сомнения в легитимности их избрания вылились в гражданскую войну, известную под названием Смутного времени.

Идея третья: единственным родом, в течение десятилетий последовательно отстаивавшим интересы русского народа и одновременно выступавшим за дальнейшее развитие русского государства, был род Захарьиных-Юрьевых-Романовых, поэтому избрание Михаила Романова царем Всея Руси примирило все сословия и положило конец Смуте.

В рамках этих идей и принялся князь Юрий резать и переклеивать историю, не замечая явных нестыковок и противоречий. Вы-то их, конечно, сразу заметите, но не спешите, пожалуйста, корить князя Юрия, его текст ничуть не хуже других, той же «Истории государства Российского», да и как он может быть хуже, если совпадает почти до слова. И Николая Михайловича Карамзина не корите, он ведь не все выдумал, он добросовестно переписывал «исторические» документы, подобные рукописи князя Юрия. Возможно даже, что эту самую рукопись в руках держал. (Не удивляйтесь, после двухлетнего глубокого погружения в роман мне стало казаться, иногда, конечно, что и князь Юрий был, и рукописи его были, и все, что в них описано, тоже было на самом деле.)

Не корите князя Юрия, а воздайте ему по заслугам. Пусть история его полна нестыковок и противоречий, но какова история! До сих пор зачитываются! А из чего он исходил? Выкиньте из рассказа князя Юрия его рассуждения и отступления, вычлените действительно исторические факты, выжмите всю воду и в сухом остатке у вас останется именно что сухая, донельзя скучная история, в которой неспешной чередой следуют цари, корона на безальтернативной основе переходит наследнику законному, заговоры ограничиваются разговорами, вплоть до кончины царя Бориса никто не покушается на цареубийство, никто не питает честолюбивых планов по овладению короной, бунты случаются по недоразумению и усмиряются единым словом. Даже и в этом далеко нам до стран европейских! У них, особенно в описанное время, было куда как веселее!

Князь же Юрий не только переклеил русскую историю по европейским образцам, но и превзошел их. Ведь именно князю Юрию обязаны мы рождением трех колоритнейших персонажей русской истории, по сей день не дающих покоя историкам, писателям и широкой публике – Ивана Грозного, Бориса Годунова и Дмитрия-Самозванца. Секрет успеха вроде бы прост, объединяете, к примеру, честного, добросовестного служаку Бориса Годунова с прекраснодушным царевичем Борисом, взошедшим по праву наследования на русский престол после кончины родного отца царя Федора, и получаете в результате коварного интригана, достигшего престола злодейскими убийствами всех возможных конкурентов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пляски с волками
Пляски с волками

Необъяснимые паранормальные явления, загадочные происшествия, свидетелями которых были наши бойцы в годы Великой Отечественной войны, – в пересказе несравненного новеллиста Александра Бушкова!Западная Украина, 1944 год. Небольшой городишко Косачи только-только освободили от фашистов. Старшему оперативно-разыскной группы СМЕРШа капитану Сергею Чугунцову поручено проведение операции «Учитель». Главная цель контрразведчиков – объект 371/Ц, абверовская разведшкола для местных мальчишек, где обучали шпионажу и диверсиям. Дело в том, что немцы, отступая, вывезли всех курсантов, а вот архив не успели и спрятали его где-то неподалеку.У СМЕРШа впервые за всю войну появился шанс заполучить архив абверовской разведшколы!В разработку был взят местный заброшенный польский замок. Выставили рядом с ним часового. И вот глубокой ночью у замка прозвучал выстрел. Прибывшие на место смершевцы увидели труп совершенно голого мужчины и шокированного часового.Боец утверждал, что ночью на него напала стая волков, но когда он выстрелил в вожака, хищники мгновенно исчезли, а вместо них на земле остался лежать истекающий кровью мужчина…Автор книги, когда еще был ребенком, часто слушал рассказы отца, Александра Бушкова-старшего, участника Великой Отечественной войны, и фантазия уносила мальчика в странные, неизведанные миры, наполненные чудесами, колдунами и всякой чертовщиной, и многое из того, что он услышал, что его восхитило и удивило до крайности, легко потом в основу его книг из серии «Непознанное».

Александр Александрович Бушков

Фантастика / Историческая литература / Документальное
Живая вещь
Живая вещь

«Живая вещь» — это второй роман «Квартета Фредерики», считающегося, пожалуй, главным произведением кавалерственной дамы ордена Британской империи Антонии Сьюзен Байетт. Тетралогия писалась в течение четверти века, и сюжет ее также имеет четвертьвековой охват, причем первые два романа вышли еще до удостоенного Букеровской премии международного бестселлера «Обладать», а третий и четвертый — после. Итак, Фредерика Поттер начинает учиться в Кембридже, неистово жадная до знаний, до самостоятельной, взрослой жизни, до любви, — ровно в тот момент истории, когда традиционно изолированная Британия получает массированную прививку европейской культуры и начинает необратимо меняться. Пока ее старшая сестра Стефани жертвует учебой и научной карьерой ради семьи, а младший брат Маркус оправляется от нервного срыва, Фредерика, в противовес Моне и Малларме, настаивавшим на «счастье постепенного угадывания предмета», предпочитает называть вещи своими именами. И ни Фредерика, ни Стефани, ни Маркус не догадываются, какая в будущем их всех ждет трагедия…Впервые на русском!

Антония Сьюзен Байетт

Историческая проза / Историческая литература / Документальное
Сердце бури
Сердце бури

«Сердце бури» – это первый исторический роман прославленной Хилари Мантел, автора знаменитой трилогии о Томасе Кромвеле («Вулфхолл», «Введите обвиняемых», «Зеркало и свет»), две книги которой получили Букеровскую премию. Роман, значительно опередивший свое время и увидевший свет лишь через несколько десятилетий после написания. Впервые в истории английской литературы Французская революция масштабно показана не глазами ее врагов и жертв, а глазами тех, кто ее творил и был впоследствии пожран ими же разбуженным зверем,◦– пламенных трибунов Максимилиана Робеспьера, Жоржа Жака Дантона и Камиля Демулена…«Я стала писательницей исключительно потому, что упустила шанс стать историком… Я должна была рассказать себе историю Французской революции, однако не с точки зрения ее врагов, а с точки зрения тех, кто ее совершил. Полагаю, эта книга всегда была для меня важнее всего остального… думаю, что никто, кроме меня, так не напишет. Никто не практикует этот метод, это мой идеал исторической достоверности» (Хилари Мантел).Впервые на русском!

Хилари Мантел

Классическая проза ХX века / Историческая литература / Документальное
Дикое поле
Дикое поле

Роман «Дикое поле» принадлежит перу Вадима Андреева, уже известного читателям по мемуарной повести «Детство», посвященной его отцу — писателю Леониду Андрееву.В годы, когда Франция была оккупирована немецкими фашистами, Вадим Леонидович Андреев жил на острове Олерон, участвовал во французском Сопротивлении. Написанный на материале событий того времени роман «Дикое поле», разумеется, не представляет собой документальной хроники этих событий; герои романа — собирательные образы, воплотившие в себе черты различных участников Сопротивления, товарищей автора по борьбе, завершившейся двадцать лет назад освобождением Франции от гитлеровских оккупантов.

Василий Владимирович Веденеев , Андрей Анатольевич Посняков , Вадим Леонидович Андреев , Вадим Андреев , Александр Дмитриевич Прозоров , Дмитрий Владимирович Каркошкин

Биографии и Мемуары / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Фантастика / Попаданцы / Историческая литература / Документальное