— Уверена, что мистер Хан известит вас, — кивнула я.

— Пока еще он ничего не сказал.

— Я собираюсь повидаться с ним.

— На вашем месте я поговорил бы с сестрой Алана, — предложил Джеймс. — Она выполняла для него кучу работы. Решала все административные вопросы и вела переписку с поклонниками. Думаю, Клэр даже печатала на машинке ранние его книги, и у Алана была привычка показывать ей рукописи. Есть шанс, что он дал ей и последнюю.

— Вы сказали, она живет в Орфорде.

— Могу дать вам ее адрес и номер телефона.

Пока Джеймс вооружался бумагой и ручкой, я подошла к одному из шкафов, который располагался посередине стены, позади спиральной лестницы, его я еще не открывала. Мне подумалось, что там может находиться сейф, — в конце концов, у сэра Магнуса был такой в кабинете. Открывался шкаф хитро: одна половина сдвигалась вверх, другая вниз. В стену были вделаны две кнопки. Я сообразила, что это кухонный лифт.

— Его устроил Алан, — не оборачиваясь, пояснил Джеймс. — Когда было тепло, он всегда ел на улице: завтракал и обедал. Он ставил тарелки на поднос и отправлял наверх.

— Можно мне осмотреть башню? — спросила я.

— Запросто. Надеюсь, вы не страдаете боязнью высоты?

Лестница была современная, металлическая, и я поймала себя на мысли, что по мере подъема считаю ступеньки. Лестница показалась мне чересчур длинной. Не может же башня быть такой высокой? Наконец через запертую изнутри дверь мы вышли на широкую круглую площадку, обнесенную очень низкой зубчатой стеной, — описание Чарльза оказалось верным. Отсюда открывался вид на леса и поля, уходящие до самого Фрамлингема. Вдали, на вершине холма, угнездился Фрамлингемский колледж, строение девятнадцатого века в готическом стиле. Заметила я и кое-что еще. Скрытая лесом и невидимая с дороги, ведущей к Эбби-Грейндж, прямо по соседству с усадьбой Конвея располагалась еще одна усадьба. Проехав немного далее, я могла бы попасть туда, но среди деревьев виднелось и что-то вроде пешей тропы. Усадьба была большой и суперсовременной, с безупречно ухоженным садом, оранжереей, бассейном.

— Кто там живет? — поинтересовалась я.

— Наш сосед. Его зовут Джон Уайт. Менеджер из хедж-фонда [20].

Площадку Алан обставил столом с четырьмя стульями, мангалом с газовой горелкой и двумя шезлонгами. Изрядно нервничая, я подошла к краю и глянула вниз. С такого угла земля казалась очень далекой, и мне нетрудно было представить, как Конвей летит вниз. У меня засосало под ложечкой. Я шагнула назад и почувствовала, как ладони Джеймса уперлись мне в спину. На один ужасный миг я подумала, что он собирается столкнуть меня. Ограждающая стена была несоразмерно низкой, она едва доходила до пояса.

— Извините... — Он смущенно попятился. — Я просто испугался, что у вас может закружиться голова. Такое случается со многими, кто поднимается сюда впервые.

На площадке ветер трепал мои волосы.

— Я увидела достаточно, — сказала я. — Пойдемте вниз.

Очень легко было бы перебросить Алана через край. Он не был крупным мужчиной. Любой мог пробраться сюда и сделать это. Не знаю, почему эта мысль пришла мне в голову, ведь было совершенно очевидно, что никакого преступления не произошло. Конвей оставил рукописную предсмертную записку. Тем не менее, уже сидя в машине, я позвонила в театр «Олд Вик» в Лондоне, и там подтвердили, что Алан забронировал два билета на «Генриха V» в четверг. Я сказала, что билеты ему не понадобятся. Самое интересное, бронь он сделал в субботу, за день до того, как покончить с собой. Из ежедневника следовало также, что он планировал встречи, обеды, визит к парикмахеру и теннисный матч. И вопреки всему, мне не давал покоя один вопрос: способен ли так вести себя человек, решивший свести счеты с жизнью?

[20] Хедж-фонд — инвестиционный фонд спекулятивного характера, занимающийся высокорискованными операциями.

«Уэсли и Хан», Фрамлингем

Я вернулась во Фрамлингем и, припарковав машину на главной площади, проделала остаток пути пешком. Городок и вправду представлял собой мешанину эпох. В дальнем конце, в окружении травянистых валов и рва располагался хорошо сохранившийся замок — идеальная картинка Англии времен Шекспира, в комплекте с пабом и утиным прудом поблизости. Но стоило пройти еще пятьдесят ярдов, и сказка резко обрывалась и начиналась широкая и современная, уходящая вдаль Саксмундхем-роуд. С одной ее стороны находились автомастерские «Галф», по другую — собрание однотипных домов и бунгало. «Уэсли и Хан», юридическая фирма, обслуживающая Алана Конвея, располагалась на краю города в горчичного цвета здании, которое представляло собой дом, а не офис, только с табличкой на парадной двери.