Читаем Солнечный рубеж. Бином полностью

Обхватив рукой шею пленника, Немо с трудом прижал его голову к диагностическому столу. К ним подоспела Селена, уже метя шприцем в левую руку взбешённого пациента. В следующее мгновение освещение в лаборатории потухло, всё погрузилось во мрак. Затем загорелось аварийное освещение, моргающее тусклым красным. Он почувствовал, как вспотевшая кисть его руки выскользнула из пластиковых оков, и резким движением выбил шприц из рук Селены, попутно въехав локтем в глаз Немо. В свете статичных вспышек Гудвину, стоявшему справа, удалось схватить его освободившуюся руку. А пленник ухватил его за воротник и рывком перебросил через себя. Вместе они слетели на пол, с грохотом опрокинув диагностический стол. Спустя некоторое время возни, освободившись от ремней, Аббас встал на ноги. Его разъярённое лицо стало пунцовым, со лба стекала кровь. Гудвин лежал на полу; его разбитое лицо походило на кровавое месиво. Через мгновение Аббас перехватил у своего лица короткую дубинку, с треском искрящуюся на конце разрядами, отливающими на лице всполохами серебра. Прикрывая один глаз ладонью, Немо пытался достать его электрошоком. Аббас ударил ему ногой в колено, затем добавил, изо всех сил впечатав пяткой в живот. Отлетев к стене, Немо упал навзничь, расстелившись на полу, и больше не встал. Вслед за ним Аббас послал в полёт дубинку. Обернувшись, едва успел поймать запястье её руки. В миллиметрах от его шеи с кончика иглы брызнула струя транквилизатора: в зловеще мерцающем свете глаза Селены отражали отчаянную ненависть. Подняв руку, он сжал кулак, но затем, передумав, крепко сжал её запястье. С бессильной злобой раскрыв ладонь, она выпустила шприц в свободное падение. Небрежно оттолкнув её, он покосился на Седму, в страхе забившуюся в дальний конец лаборатории. Переступив через Гудвина, направился к выходу. Раздвижная дверь была открыта; в кричащем свете бросив на них презрительный взгляд, он вышел в коридор. Освещение включилось. Опираясь на локти, Немо, кряхтя, поднял голову. Аббас оглянулся через плечо и, в последний раз чиркнув по ним взглядом, отпечатал в памяти их лица, затем ринулся вперёд по освещённому длинному коридору.

Исступлённая ярость мобилизовала силы. Он готов был идти до конца, сметая всех, кто осмелится, преградит ему путь. Но коридор был пуст, судя по всему, на ярус этого корпуса доступ для синтеков был ограничен, и здесь обитали только люди. Это был комплекс лаборатории и технические помещения с широкими окнами, выходящими в коридор. Раздвижные двери в лаборатории не были заблокированы, ведь чужаков здесь никогда не было: за многовековую историю синтеков он был первым «гостем» с поверхности. Быстрыми шагами, добравшись до конца коридора, он заметил неприметную дверь со значком забегающего в дверной проём человечка, и усмехнулся.

Всё как у людей!

Войдя в неё, на секунду замешкался, остановился на лестничном пролёте. Оказалось, что не всё! Ступени вели только вниз, на верхний ярус лестница отсутствовала. Раздумывая, попятился назад, воровато огляделся. Закрыв глаза, прислонился к стене, отдышавшись, успокоился, адреналин в крови рассасывался. Конец коридора выходил в просторный холл, где находился лифт – тот самый, на котором он сюда попал. Подойдя к лифту, коснулся сенсорной панели. Снизу поднялась прозрачная кабина, двери разошлись. В кабине коснулся верхней клавиши, и двери за ним как мышеловке сомкнулись. Кабина, минуя ярусы, бесшумно понеслась вверх. Его взгляд приковал мир за стеклом. Чуждые для его восприятия существа, как пчёлы в улей, суетливо спешили по делам. Горло его туго стянуло, свет горизонтальными полосами пробегал по лицу, и скрипки звучали в голове. Кабина остановилась на седьмом ярусе, створчатые двери на последних нотах разбежались в стороны. На него настороженно глядели десятки пар узких глаз. Выйдя из кабины, он сделал шаг. Синтеки в холле, не сводя с него чёрных глаз, обступили его полукругом, преграждая путь. Эти существа были на голову ниже и мельче его, но определённо уже ждали его. С несколькими он бы справился, но их было десятки. На задубевших каменных лицах тех, кто был позади, отражались сине-зелёные блики огней. От напряжения воздух начинал искриться. Он не думал отступать.

И что дальше?

Наклонив голову, он хрустнул шейными позвонками.

Из-за травмы ноги, Немо самостоятельно подняться не смог. Подключившись с коммуникатора к машинному интеллекту, распорядился поднять тревогу. Искусственный интеллект Аид, управлявший рутинными процессами в колонии, с задержкой, но всё же принял команду и инициировал перехват беглеца. В это время Седма и Селена, склонившись над Гудвином, пытались ему помочь. Спустя минуту Селена подошла к Немо и помогла ему встать.

– Что с Гудвином? – скрежеща зубами, спросил Немо.

– Он мёртв, – без лишних эмоций констатировала она. И, вручив ему окровавленный металлический стержень, добавила: – Он оказался у него под шеей. От удара сместилась затылочная кость и повредила продолговатый мозг. Теперь его нет, и главный среди нас ты!