Читаем Солдат императора полностью

Бабушка, по ее словам, дожила до ста двадцати трех лет. Ничего себе – в таких условиях существования!

Тело моей чаровницы я изучил до мелочей. Как это часто бывает с влюбленными, я начал замечать мелкие изъяны в ее совершенстве, а потом осознал, что без них она не была бы той, кого я люблю. Скулы широковаты. Пушок над верхней губой. Брови слишком густые. Рот слишком крупный, а подбородок маловат. Глаза чуть косят. Плечи широковаты, что дисгармонирует с узкой грудной частью, на бедре длинный шрам. Форма ног без изъяна, но бедра, как и икры, бугрятся мышцами, а коленки совсем узкие. Сиськи посажены слишком низко, хоть и торчат задорно вверх и чуть в стороны.

Словом – не идеал женской красоты. Ни греческий, никакой вообще. Изваяй статую, и зритель удивится через века, что, собственно, художник хотел сказать? Я лично знаком с одним человеком, что смог бы передать тот жизненный свет, что превращал обычную симпатичную женщину в богиню.

Но любезный приятель Бенвенуто Челлини далеко, а жаль – он бы сумел.

* * *

Армия и Зара, Зара и армия. Я уже говорил, что противопоставление вышло забавное. На контрасте ощущения получались особо рельефными.

Утром я муштровал новобранцев. Учил и пестовал, как суровый отец. Или даже хуже. Отец никогда не скажет своим детям (по идее) «узловатый хер, кошачье дерьмо, ты – насрано, пидор чесоточный, подзалупная перхоть». Самым приличным словом, которое слышали от меня рекруты, было слово «говнюк».

Обычно в ходу, кроме строевых команд, были такие популярные среди офицеров перлы: «что вылупился, грызло конское?!», «бегом сюда, мондовошка, роняя кал», «жопоголовый хрен», «я тебя сейчас в череп через глаз трахну», «что схватился за древко, как старая дева за дармовой хрен?!» и так далее. Как мы любим. И регулярные оздоровительные звездюли направо-налево.

С Зарой я превращался в сахар-сахарович, хотя в выражениях при ней мог бы не стесняться. Она сама при случае так загибала по-испански, что уши вяли. Но тем не менее. А только стоило пересечь урез лагеря, во мне словно шлюз отворялся! И неслось матерное половодье на свет божий!

Как прикажете еще из кучки уродов сделать людей, а потом из людей боеспособную роту? Хорошо, что ветеранов было много и капралы как на подбор.

Я вспомнил старый фильм, что крутили по сети в Суле, про штурмовую пехоту и ее нелегкие будни в учебке. Оттуда я бессовестно передрал одну молитву, которой начинался и заканчивался день моих новобранцев. Может быть, вы узнаете слегка переделанные слова:

«Это моя алебарда. Таких алебард много, но эта алебарда – моя! Моя алебарда – это моя жизнь. Эта алебарда – мой лучший друг. Я должен научиться владеть моей алебардой так же, как я владею своей жизнью. Без меня моя алебарда бесполезна, без моей алебарды я – мертв. Я должен метко колоть и рубить. Я должен первым заколоть врага, пока он не убил меня. И я это сделаю. Клянусь перед Богом, что я и моя алебарда – защитники Отечества и императора. Мы не боимся врага. Мы – спасители жизни. Да будет так, пока не останется больше врагов и не наступит мир. Аминь!»

Ну и женские имена заставил дать всем алебардам, для полноты цитирования. А как же!

– Сегодня вы, ходячая блевотина, дадите своим алебардам женские имена, потому что никаких других баб вам больше не достанется! Прошли те дни, когда вы совали пальцы своим подружкам в сладкие места. Отныне вы женаты на этом оружии из дерева и стали, и, клянусь Девой Марией, вы будете ему верны!

Отныне мои парни маршировали с Гретами, Мартами, Хуанитами на плече, а не просто так.

Словом, жизнь била ключом.

* * *

Я часто возвращался в мыслях к нашему первому свиданию с Зарой. Еще бы! Она непостижимым образом проникла в самую сердцевину памяти вашего рассказчика. Колдовство? Я в него не верил.

А мои дорогие наставники уверяли, что гипнотические блоки, выставленные специальными операторами и специальными аппаратами, делают невозможным никакое психосканирование.

Для любого доморощенного мастера месмеризма, буде этому гипотетическому персонажу удастся меня захомутать, я – Пауль Гульди и ничего более. Такая вот оптимистическая теория.

На практике цыганская гадалка вдруг, непонятно как, обошла все хитрые защитные барьеры и узнала обо мне все вообще. Причем за несколько секунд. Вот и катайся теперь наблюдать далекую Землю…

Без сомнений, Зара даже с моими объяснениями не поняла бы и половины увиденного, но сам факт, черт дери! Предположим, что она оказалась злоумышленницей.

Донос мог бы очень много хлопот доставить. Скорее всего, знаменитая испанская инквизиция сыграла бы со мной в аутодафе. Если бы поймала. Да и родные товарищи шарахались бы при встрече, кроме Адама, может быть.

А как местные шарахаются, я уже видел в Антверпене, напоминать, надеюсь, не нужно?

Эта тема у нас была не под запретом, нет. Но до поры умалчивалась, по обоюдному благословению. И вот настала пора сорвать покров немоты.