Возвращаясь в город, я был настроен оптимистически: мне казалось, что мы скоро урегулируем все проблемы, которые задерживают заключение соглашения по сокращению стратегических атомных вооружений и договоримся о встрече наверху в конце месяца. Но я был убежден и в том» что Горбачев не сумеет воспользоваться ни одной из возможностей, какие предоставит лондонская встреча. Бюрократы, доведшие экономику до краха, так и не ушли еще с арены.

Друзья по духу, а в беде?

Встречи в Лондоне не привели к публичному унижению Горбачева, однако они не дали ничего такого, чего нельзя было бы добиться без них, «Семерка» согласилась предоставить Советскому Союзу право стать ассоциированным членом Всемирного валютного фонда и его филиала Всемирного банка и дать указание этим организациям разработать программу помощи Советскому Союзу в переходе к рыночной экономике.

Что же до Соединенных Штатов, то президент Буш письменно сообщил Горбачеву за несколько дней до отъезда обоих в Лондон, какую помощь может оказать его страна: создать проект приватизации оптовой торговли продовольствием в отдельно взятом регионе, направить миссию для анализа возможностей конверсии оборонной промышленности и другую миссию для изучения сектора энергетики. В письме содержалось предупреждение, что если Горбачев сохранит административный контроль, как предусматривалось в «антикризисной программе», это крайне затруднит оказание помощи. Горбачеву рекомендовалось также приватизировать систему распределения продовольствия и прояснить ситуацию с энергетическими ресурсами, чтобы привлечь иностранные инвестиции. Буш не советовал также призывать к реструктуризации или изменению дат выплаты советского долга, хотя лишь незначительная часть этого долга причиталась Соединенным Штатам.

Предложения Буша были минимальны и не включали рекомендаций относительно общей политики, необходимой для проведения реформ. Более того, рекомендация не добиваться реструктуризации долга, казалось, убирала один из главных барьеров, мешавших западному миру оказывать помощь в проведении реформ. Было бы куда целесообразнее сказать, что если возникнет необходимость реструктуризации долга, условия могут оказаться куда менее жесткими, при наличии в Советском Союзе реалистического подхода к проведению реформ. А получилось так, что сроки долгов все равно пришлось пересматривать безотносительно к реформам.

————

«Семерка» приняла бы все те же решения, если бы Горбачев и не ездил в Лондон. Они далеко не сделали того, что требовалось, чтобы поддержать переход советской экономики на другие рельсы. К тому же, переложив все на существующие механизмы, «семерка» не понимала, что эти организации не способны выполнить взваливаемую на них беспрецедентную задачу. Международный валютный фонд имел большой опыт по оказанию помощи странам с рыночной экономикой, особенно развивающимся странам, которым он помогал стабилизировать их валюту, но у него было мало опыта по решению проблем, возникающих при переходе от командных методов в экономике к экономике рыночной, и вообще никакого в решении проблем, встававших перед Советским Союзом. Всемирный банк тоже работал главным образом с развивающимися странами, а не со странами вроде Советского Союза с перекошенной, хотя и развитой, экономикой. Обе эти организации могли бы играть полезную вспомогательную роль, но было бы ошибкой считать, что они способны управлять участием Запада в трансформации советской экономики.

Однако в том, что результаты встречи в Лондоне оказались столь скромными, повинен прежде всего сам Горбачев. Было бы лучше, если бы он воздержался от поездки в Лондон, так как, настаивая на помощи и одновременно не имея убедительно составленной программы, он подорвал доверие к себе. В частности, его встреча с Бушем может служить классическим примером неумения убедить партнера.

————

Буш и Горбачев встретились 17 июля за обедом. Последние штрихи в наших переговорах по стратегическим вооружениям были сделаны за несколько минут до того, как бронированный «ЗИЛ» Горбачева подъехал к Уинфилд—Хауз, резиденции американского посла в Лондоне. Оба президента знали, что, закончив переговоры по стратегическим вооружениям, они теперь снова встретятся в Москве и будут иметь возможность для обсуждения более широкого круга вопросов. Настроение наверняка было праздничное, способствующее тому, чтобы с сочувствием выслушать, как намерен Горбачев осуществлять свои планы экономических реформ — если у него таковые были. Но Горбаче в упустил момент.

По непонятной причине он принял вздорный, требовательный тон. Анатолий Черняев, преданнейший помощник Горбачева, не мог понять, что на него нашло. Черняев приводит в своей книге запись этой встречи, из которой явствует, как неудачно вел себя Горбачев. Как только беседа за обедом приняла серьезный характер, Горбачев пустился в рассуждения вроде тех, что я выслушал в мае. Черняев так воспроизводит его речь: