Читаем Смерть империи полностью

Подводя черту: либо этот малый представления не имеет, как работает рыночная система, либо он слишком петляет, чтобы можно было надеяться на продвижение к ней. Сочетание невежества и неприятия оттолкнет серьезных инвесторов и оставит его один на один с теми, кого он на словах презирает: с плутами и закоренелыми жуликами. Такое мы услышали не в последний раз, и, если Горбачев не найдет другого премьер–министра tout de suite[99], деловой интерес к чему–либо, кроме быстрых товарных сделок, наверняка скорее всего пойдет на убыль».

Утверждение Павлова, будто западные банки плетут заговор, чтобы отстранить Горбачева, вызвало всего лишь насмешки как в советской, так и в зарубежной прессе, а в возмущенном заявлении государственного департамента указывалось, что, будучи министром финансов, Павлов напечатал куда больше денег, чем их хранилось в западных банках.

Горбачев попытался исправить положение, поручив своему пресс–секретарю, Виталию Игнатенко заявить: «Наши деньги не способны переменить политический строй», — а Виктору Грушко, главному из заместителей Крючкова, объявить, что КГБ о подобном заговоре абсолютно ничего не известно. «Нью—Йорк тайме» в редакционной статье выразила типичную для иностранцев реакцию: