Я попытался соскользнуть с седла, но застрял левой ногой в стремени и грохнулся в грязную жижу, выставив вперед руки. Все чертовски ныло — не столько от падения, сколько от непривычной позы. Дети окружили меня и засмеялись.

Меньше всего после этого хотелось вставать, однако зачем-то эта лошадь меня сюда принесла, так что, хотел я или нет, лучше было узнать, для чего. Сделать это, лежа в луже, было затруднительно, поэтому пришлось подниматься.

Я присел на корточки, оказавшись вровень с детьми, потянулся, чтобы схватиться за Гутенберга, но того как ветром сдуло, и я снова приземлился туда, откуда стартовал. Вытерев руки о штаны, я оглянулся в поисках какого-нибудь знака. Ведь должно же хоть что-то указывать на дальнейшие шаги.

— Ты не видел Арне Бергмана? — спросил я у мальчика, который, на мой взгляд, был достаточно взрослым, чтобы ответить на столь странный вопрос. Увы, в очередной раз показалось.

— Друг, — добавил я. — Где друг?

Маленькая девочка с перепачканным лицом ткнула пальцем в сторону лестницы, убегавшей вниз по крутому склону. У подножия плескалась вода.

— Туда? — переспросил я, но ответа не последовало.

Спустившись по узкой тропинке, я увидел канал. Мимо проплывали зеленые пакеты с мусором и пустые бутылки. У берега покачивалась старая лодка, выкрашенная черной краской, не доходившая в длину и до трех метров. Подойдя поближе, я заметил на борту белые буквы, складывавшиеся в слово «Роб», и невольно хихикнул.

Запрыгнув в лодку, я отвязал канат от металлического кольца, торчавшего из земли, откинулся назад и, раз уж за меня все решили, положился на волю течения.

ЗАДАНИЕ

Прошло, наверное, несколько часов. Дождь, изливавшийся в мутную воду, превратил узенький канал в бурлящий поток, и мне то и дело приходилось очищать корму от прибившегося мусора и пустых пакетов и следить, чтобы не врезаться в кучи железа и пластика, торчавшие над поверхностью.

Видимо, я был единственным, у кого хватило глупости сюда полезть. Издалека доносились крики, я чувствовал запах дыма и видел, как он клубится над городом, но отделявшие канал от мегаполиса стены уходили высоко вверх, и шанса что-либо разглядеть не было ни малейшего.

Рану на запястье жгло, и опять сочилась кровь. Надо было ее перевязать и дезинфицировать, но об этом, купаясь в канализации, нечего было и думать. Конца и края каналу не было видно. Спустился плотный туман. Чтобы хоть что-нибудь разглядеть, приходилось сильно напрягаться, но перспектива бросить все и врезаться в острую железку не прельщала. Днище и так уже какое-то время протекало. Поскольку заткнуть его мне было нечем, ничего не оставалось, как просто на него сесть.

Начинало темнеть, вместе с тем росло и мое беспокойство. А если я что-то просмотрел?

Передо мной возникла серая стена. Верхний край бетона терялся где-то в тумане метрах в десяти над головой. Лодку несло к темной дыре, над которой нависали с десяток датчиков, камер и антенн. «Внимание, — гласила красная надпись на стене размером больше человеческого роста. — Вы покидаете мегаполис. Опасно для жизни».

Я хотел было прибиться к берегу, но, как всегда, у жизни были другие планы. Течение у темной дыры было слишком сильным, чтобы я мог ему сопротивляться. Весло оторвало от лодки; я закричал, но не среагировали даже датчики. «Проклятая бомба», — только и успел подумать я.

С мощным хлюпаньем мою лодку всосало в дыру. Я улегся на дно и натянул на голову рубашку. В дыре воняло так, будто меня здесь дожидался весь мусор, обогнавший лодку по пути. Меня несло дальше и дальше. Крутило и ударяло обо что-то. Лодка продиралась сквозь залежи хлама. В какой-то момент напряженность ожидания достигла предела, и я отключился.

Проснулся я от того, что в лицо светили прожектором. Где я? На фоне яркого света читались силуэты вооруженных людей. Лодку прибило к берегу, и я уперся носом в черные сапоги. Двое дюжих мужчин вытащили меня за плечи на холодный металлический пол. Рука ныла, и все тело окоченело. Я не мог пошевелить ни пальцем.

Узнать людей в униформе было несложно. Суперсканеры. В том числе и те трое, которых я видел через двери колумбария. Ну что ж, сегодня им улыбнулась удача.

— Добро пожаловать в «Ультрасеть», — голос заставил меня содрогнуться с головы до пят. Номос! Быть того не может. Все это что, просто сетевая утка? Я попытался подняться, но не смог. Один из сканеров впечатал свой сапог мне в спину.

«Вы что, живы?» — хотел было я спросить, но тоже не вышло. Я шевелил губами, однако не раздавалось ни звука.

— Надора! За твой несостоявшийся побег! — крикнул Номос, и мужчина размером со шкаф протащил меня по полу, втиснул в стул и пристегнул ремнями.

Вокруг толпились люди. Мелькнули лица родителей, безучастно взиравших на меня сквозь Примочки.

— А ну-ка подвиньтесь, врач пришел, — буркнул шеф.

Нет, это не может быть правдой. Подойдя ко мне, Йойо вытащил из кармана белого халата шприц и, засмеявшись, принялся закатывать мне левый рукав.

— Ну что, дружок, как прошло путешествие?