– Первую очередь уже пустили – ответил товарищ Бек – теперь только самые трудоемкие объекты остались. И жилье… как всегда в последнюю очередь.

– Обещают?

– Да у меня есть. У нас вроде для личного состава ДОСы[18] цивильные делают, а для инструкторов вроде как отдельные коттеджи, как у американцев.

– Да уж… гэбье бездомным не останется… – то ли в шутку, то ли всерьез сказал Иван Васильевич…

Товарищ Бек хлопнул рукой по висящему на груди автомату.

– По Сеньке и шапка…

Несмотря на то, что товарищ Бек был киргиз – по-русски он разговаривал лучше любого русского.

– Проверим? – принял вызов бывший САСовец.

– Это всегда можно…

– Подполковник… – начал москвич

– Размяться не помешает – заявил Бек – пока этот агент до Кабула едет, все равно ничего не будет.

Иван Васильевич из этого короткого диалога сделал вывод, что второй москвич выше званием, полковник, а скорее всего – уже в генеральских лампасах. Но Бек, которого в Афганистане отлично знали как бывшего военного советника пятого управления ХАД, одного из создателей афганского спецназа – ему напрямую не подчиняется. Спецназ КГБ вообще был как бы выведен в отдельное управление – потому что любой приказ относительно спецназа КГБ проходил под кодом 00 – два нуля, совершенно секретно, никто точно не знал схему управления. Подчинялся он то ли непосредственно Председателю КГБ, то ли бери выше – Председателю Президиума Верховного Совета. Финансирование спецназа КГБ проходило закрытой строкой не только в государственном бюджете – но и в бюджете самого КГБ. Но судя по словам Бека – сходу ДОСы начали строить, да еще коттеджи для офицеров – финансировали их изрядно.

Они спустились по вырубленным в каменистой земле ступеням, в один из стрелковых комплексов для быстрого прохождения. Семиметровый вырытый взрывчаткой и экскаваторами котлован, препятствия, сложенные из старых самолетных покрышек, от десяти до тридцати мишеней, прохождение на время и на точность, огонь почти в упор. Совершенно не похоже на то, как сдают стрелковые упражнения офицеры – 25 метров дистанция, стрелковая стойка, стрельба с одной руки, зажмурив глаз. Афганистан научил многому, сейчас был не сорок пятый.

Товарищ Бек привел в боевую готовность свой «фашистский» автомат. Иван Васильевич разжился АКС-74У, стандартным оружием советского спецназа для ближнего боя. Инструктор «накрыл» мишенную обстановку на двадцать мишеней…

Конечно же, победил Бек. Несмотря на свой внешне непритязательный вид – этакий замурзанный хазареец-монголоид – это был профессионал высочайшего класса, сначала постигавший науку диверсионной войны в Балашихе, а потом – в трех спецкомандировках в Афганистан. Причем все эти три спецкомандировки он провел на самом последнем крае, сначала воевал сам, в крайней – уже инструктором афганского спецназа ХАД, пятого управления. Именно они – взяли-таки здание министерства обороны Афганистана во время мятежа, и столько успели натворить в городе. Сейчас часть из них примирилась с новой властью – наказывать их смысла не было, если всех наказывать некому будет воевать, часть – просто скрылась с оружием, часть – стала костяком террористических организаций, действующих в Афганистане в настоящее время…

Да и оружие его – западногерманский МР5, который был принят на вооружение во всех странах НАТО, которым пользовались американская Дельта и Морские львы – для такой операции был лучше, чем огрызок.

– Шустрый ты… – Иван Васильевич восстанавливал дыхание, все-таки он уже был стар для активных действий, под пятьдесят, в САС с оперативной работы убирают в сорок лет, как сорок – так либо на штабную работу, либо на пенсию. Несмотря на слухи, он не служил в САС, хотя не раз сталкивался с ними во время совместных учений и оперативных действий. Иван Васильевич получил боевой опыт в Иностранном легионе Франции, в Африке, попасть туда было гораздо проще, чем в любое другое спецподразделение, а подготовка – такая же, как в НАТО. В Легионе его знали как Казимира Поплавского, поляка по национальности, сына беженцев из коммунистической Польши, осевших в Австрии. Последние звание и должность Казимира Поплавского в Иностранном легионе – сержант – шеф, второй парашютно-десантный полк, первый батальон, взвод глубинной разведки. Со своим взводом Казимир Поплавский за девять лет службы побывал в четырнадцати странах мира, в основном африканских, участвовал в подавлении восстания даяков. Официально, в Легионе он числился погибшим во время боевой операции в Африке.

– Гэбье есть гэбье – улыбнулся товарищ Бек – спуску никому не дадим.

От кунгов зала боевого управления бежал посыльный.

– Товарищ полковник! – обратился он к Ивану Васильевичу, потому что знал только его – цель отследили. Товарищ из Москвы просил вам это сообщить.

Афганистан, местность западнее Кабула. ППД «Кабул-1». 12 июня 1988 года