Читаем Шкатулка опенула (СИ) полностью

— Я хочу, чтобы ты спасся, — колко ответила та и тоже уставилась на врага.

Несколько секунд ничего не происходило. Никто не моргал и не шевелился. И вдруг оба вскрикнули, зажмурились и спешно отвели взгляд. Ил будто глянул на яркую лампочку — сетчатку обожгло, и перед носом замелькали цветные пятна. Впервые подобная реакция на вселение. Неужели…

— Ты тоже подселенец! — воскликнула девушка не то удивленно, не то радостно. Она окинула каннора одним глазом — второй слезился после неудачной атаки. — Подумать только. А глаза-то, глаза! Повезло тебе, ничего не скажешь. Я уж думала, что в ваш лагерь уродцев не берут. Ты прямо, как… ох, забыла! Знаешь, ящерица такая есть на Недивинах. Только у нее глаза разные по направлению, а у тебя — по цвету.

Ил, сморгнув нахлынувшую темноту, вспомнил о ноже и запустил руку под полу плаща.

— Слушай, ты!

— Анель, — представилась незнакомка.

— Мне все равно. Может, у меня, конечно, и есть маленький недостаток, но он не помешает мне выпустить тебе кишки.

— Ой-ой-ой, как грозно! — запричитала Анель и издевательски рассмеялась. — Даже если ты меня на мелкие кусочки порубишь, ни одна проблема не решится. Глаза цвет не поменяют, канноры не вернутся. Ах, да — и доверие вашего командира тебе впредь больше не заслужить.

Девушка подскочила, крутанулась на месте и вцепилась длинными пальцами в желтый камень. Чуть безумная улыбка сползла с ее лица, спина выпрямилась, а сама Анель вытянулась в струнку. В медовых глазах сверкнули золотистые блики.

— Так точно, Керал, — тихо сообщила она, глядя в пустоту. — Канноры на нашей стороне. Да, все, что объявились. Все до одного. План сработал, я лично проконтролировала.

Спустя пару секунд подселенка вновь обрела осознанный взгляд и подмигнула ничего не понимающему Илу. А после вспорхнула на ближайший камень, перескочила на следующий и, промчавшись над каменистым полем черным коршуном, скрылась с другой стороны гряды.

***

— Я просидел среди скал до рассвета. Наутро примчался Дейр с ребятами, которые остались в штабе. Мне не пришлось ничего объяснять. Сэт умел воспроизводить события прошлого, и все увидели предательство воочию. Хороший парень — таких, как он, называли проекторами. Он где-то полгода назад погиб, как раз при взятии Каннорского пустыря, когда мы впервые вышли против своих и не смогли дать отпор. Из-за предателей половину острова потеряли. И половину лагеря. После битвы в горах мало хороших ребят осталось. Вообще мало ребят. Поэтому, наверное, Дейр меня и не выгнал.

Ил глубоко выдохнул и озлобленно захлопнул ящик, который за время рассказа перебрал не меньше трех раз. В бюро что-то едва слышно щелкнуло.

Эрика вернулась к документам. Но мысли заглушали даже совесть, возмущенную рытьем в чужих вещах.

— Я не думаю, что ты виноват, — заявила Белуха. — Такое могло случиться с каждым.

— А случилось со мной. — Каннор снова открыл изученный ящик и так же с грохотом закрыл.

— Тише! — испугалась девушка и оглянулась на дверь. Оливер и Иван пока не думали выходить. — Я понимаю, ты зол на себя, но в произошедшем действительно нет твоей вины. Инсивы поступили подло. Ты растерялся, ничего позорного. Ты ведь тоже человек со своими чувствами и страхами.

— На поле боя я не человек, а солдат, Эрика. Солдат не имеет права бояться и трусить. А уж тем более пользоваться подачками врага. — Он скривился. — Я ненавижу эту девчонку. Лучше бы убила на месте. И себя я тоже ненавижу. За слабость, что не хватило духу рассказать обо всем Дейру.

— Но ты же сказал, что он все видел.

— Он видел только предательство. А то, что Анель меня обнаружила и оставила в живых — нет. Ты первая, кто узнал, что случилось на самом деле, поэтому я тебя прошу — никому не говори. Обещай. А лучше, поклянись.

Эрика кивнула и очертила крест на груди:

— Клянусь, ни единой душе. Только наша тайна.

Ил широко улыбнулся.

— Наша и Анель, — шутливо поправил он и снова с остервенением захлопнул дверцу. — Что такое? Эри, ты тоже слышала?

— Что? — не поняла та.

— Щелчок. Там щелкает что-то.

Парень резко дернул за ручку. Звякнул невидимый разболтавшийся болтик, и на пол скользнула деревянная панель. Эрика первым делом бросила взгляд на дверь. Разговор продолжался, время есть.

— Двойное дно, — заявил Ил и поднырнул под ящик. Через мгновение он вытащил из черного проема застрявшие бумаги.

Эри почувствовала, как мир заштормило, а пол растворился под ногами. Зачем Ивану двойное дно? В квартире обычно держат сейфы или тайники, но двойное дно — для тех, кто скрывает что-то очень серьезное. Краденые вещи, тайные бумаги, запрещенные вещества. Слет ведь полицейский. Что ему скрывать? Нечего! Так ведь?

— Документы, — констатировал парень.

— Материалы дел?

— Хуже. Доносы. — Он показал Белухе найденные бумаги. На первом же листе алела печать «Совершенно секретно», а ниже — ровные строчки, прикрепленные размытые фотографии, записки.

— На кого? — Эрика облизнула пересохшие губы.

— На канноров и ляров, — проговорил Ил и поднял на девушку глаза. — Иван Слет знает о земле Лайтов. Но, что куда хуже — он, похоже, заодно с Керал.